Забери меня в рай

– Дядечка, посторонись-ка! – решительно потребовала от Вильегорского подошедшая маленькая малярша в белой шапочке. Она распахнула окно и выбросила вниз бумажный мешок с каким-то строительным хламом. Тут же пришли ещё несколько человек с вёдрами и коробками. Они швыряли мусор торопливо, не глядя. Не обращая внимания на падающие на пол куски штукатурки.

– Вроде бы никакого ремонта не планировали, – удивлённо произнёс Вильегорский.

– Да мы и сами ничего ещё с утра не знали! – возмущённо заговорили строители, перебивая друг друга.

 – А потом всех с объектов поснимали и сюда. Неделю на всё про всё дали. Дурдом! Говорят, Рейган приедет к вам выступать. Вот и устроили этот аврал.

– Кто приедет?! – спросил недоверчиво Вильегорский.

Один из рабочих удивлённо на него посмотрел. Затем скорчил недовольную гримасу, злорадно крякнул и, уже догоняя уходящих строителей, начал громко возмущаться:

– Ё-моё! Вы слыхали? Нет, вы слыхали?! А я ж вам говорил! Эти вот – учёные-мочёные… Тудыт их мать! Они ж до сих пор живут здесь как при царе Горохе… Вон, каланча эта подстреленная… – и он обернулся, глядя с усмешкой на Вильегорского.

 – Даже американского президента не знает!

Шедший рядом другой строитель в белой малярной шапочке взахлёб поддержал его, затараторив на русско-украинском замесе:

– Мой хлопчик малэнький, Генка – сыкун сопливый, и тот знаэ! А эта интеллигенция, довбанна… А ведь живэ ж на наши гроши…

– Вы слышали что-нибудь про выступление Рейгана? – удивлённо спросил Чарышева Вильегорский.

– Не-е-т.

– Ну а я уж тем более… Эксситарэ флуктус ин симпуло. Как говорили древние римляне: всё это похоже на очередную бурю в половнике. Впрочем, я совсем не удивлюсь, если скоро вместо нашего коммунизма американская мечта начнёт у нас воплощаться… Хрен редьки не слаще, – язвительно сказал Вильегорский. – Ну а насчёт ваших выводов, коллега…

– Здравствуйте, профессор! – громко и с напускным почтением поприветствовал его неторопливо проходивший по коридору Юрка Прокушев и тут же, не останавливаясь, подмигнул Чарышеву.

 – Привет корешам!

Вильегорский сдержанно кивнул и недовольно покачал головой, провожая его взглядом:

– Первостепенный разгильдяй этот ваш друг-товарищ! Про… Прокушев, кажется? – и он пристально посмотрел на Чарышева, который подтверждающе закивал головой.