Дело марсианцев

Было бы недостойно меня как подданного Ее Величества пропустить первые в нашей гиштории выборы городского головы и не поддержать отличного человека звонкою рифмою. Благо поводов к тому предостаточно – и милостыни он раздает, и на обучение детей тратится! Вот и храмы украшает с церковными причтами, да и саму церковь новую отстроил.

– Меня уже можете не склонять, Тихон Иванович, я с выбором определился, – хмыкнул Толбукин и подумал с минуту. – Как бы чего снова не отчебучили, сударь. Слишком уж память у вас хороша! Нет, давайте в прозе на этот раз напишем, и есть для того у меня дельный сотрудник, хоть и не поэт… А вот принесите-ка мне, сударь, забавный рассказ для увеселения публики, о марсианцах.

Говорят, видели их над окраиной с южной стороны, над дорогою в ваше поместье. Вот об том и напишите как будто судебное расследование, со свидетелями и так далее. Справитесь?

– И вы туда же, – пробормотал Тихон. – Эка всякая глупость быстро по земле бежит, словно пожар в лесу.

– Пусть это будет научная и увеселительная повесть о путешественниках с другой планеты.

Как они пробирались через междупланетное пространство на своем воздухолете, и что им может понадобиться в наших весях, – хохотнул Матвей Степанович. – Надо ли их бояться и как оборонить дома от невиданного оружия? Пушки на пару, бьющие на пять верст фузеи, крылатые снаряды… Или послов наших пора в Марсианию снаряжать? Ну да сами сообразите. И что об том Невтон говорил, ежели он вообще такой темы касался – авторитет аглицкий!

Довольный собой и своею военной хитростью, отставной полковник накрутил на палец буклю и откинулся в кресле.

Тихон понял, что деваться некуда, и собрался уйти. Вид его был достаточно жалок, однако добрый начальник типографии не рассмеялся – напротив, глянул одобрительно.

– А там и о журнале подумайте, и что для сего благородного дела еще сотворить можете, помимо стихоплетства, – добавил он и поднял палец. – Какой, так сказать, достойный поступок.

– Непременно поразмыслю, Матвей Степанович.

Прощайте.

– Да не кручиньтесь вы так, Тихон Иванович! Не в стихах счастие. И должен кстати вам сказать, что иные вирши у вас куда забавнее выходят…

Молодой поэт словно уткнулся носом в стену. Повернувшись от дверей, он холодно уставился на Толбукина и натянул на лицо маску недоумения.

– О чем это вы толкуете, сударь?

– Неужто не ваши? – всплеснул руками начальник. – Врет молва, значит?

– Как есть врет!

– Ну да Бог с ними, с окольными плевами.