Особое задание

Нужно было всего лишь предоставить свидетельство о заключении брака, рождении ребенка по месту работы в Ленгидроэнергоспецстрое. Жилищное строительство, в этой организации, продвигалось невероятными темпами. И, максимум, через год, по мере готовности нового жилья, можно было рассчитывать на ордер в только что отстроенном доме. Дима, сбежав от Катерины, быстренько женился, состряпал ребенка и получил однокомнатную квартиру. Ленгидроэнергоспецстрой, ведя масштабное строительство гидротехнических сооружений, располагал обширным флотом специального назначения.

Сюда входили плавучие самоходные и несамоходные краны венгерской постройки, плавающие экскаваторы из Австрии, различные буксиры и драги советского производства. Укомплектовать штат флота, это не то же самое, что навербовать из городов и весей необъятной родины строительных рабочих. Где, в сельской глубинке, найдешь матроса-моториста или рулевого? А, тем более, знающего боцмана? Вот Дима и предложил мне бросить, к едрене фене, свой «Крузенштерн» и перебраться боцманом на самоходный, плавучий кран, имеющий, к тому же, как настоящий корабль, собственной имя – «Таран». Перспективу он мне обрисовал, и я её быстренько понял. Такого случая может уже никогда и не представиться. Загвоздка состояла в том, что экспедиция предоставляла, для иногородних, лимит. То есть, временную прописку на пять лет. И её нужно было продлять каждый год. По истечении которой ставился в паспорт уже постоянный штамп и ты, как бы, становился законным Ленинградцем. Переход с лимита на лимит был, практически, невозможен. Но, как и в большинстве ограничений в нашей стране, здесь также действовал принцип: нельзя… Но если очень хочется, то можно. Подруга Катерины, Ирина, работавшая кем-то в КГБ, взяла меня за руку и отвела к своему начальнику, генералу. Он, для порядка, поскольку просьба уже была озвучена и принята благосклонно, поспрошал меня о побудительных причинах моего перехода из одной организации в другую и поставил свою, решающую визу. Так я оказался на СПК «Таран» в качестве боцмана. Поскольку ни семьи, ни жилья тогда я не имел, то и жить мне пришлось на самом кране, благо, все условия для этого на нем имелись. Лишь одно обстоятельство значительно омрачало мое существование. Основу экипажа именно этого крана составляли жители Кронштадта. Работа на кране была организована по принципу – трое суток через шестеро. Понятное дело, что сменная вахта, проторчав неделю дома, старалась на работе максимально расслабиться.