Корабельщик

 – Весь улов положено представлять для учета и продавать муниципии по низкой цене. А потом рыбаки пользуются им наравне с прочими горожанами.

– Много ты понимаешь! – осклабился Лупа. – Я с артельщиками разговаривал, теперь можно будет часть рыбы оставлять себе и продавать на рынке. Чего ты споришь, ведь у тебя самая плохая отметка у Параграфа! Тебя даже лодки чистить не возьмут.

– Значит, по-твоему, Максим дурак? – прищурилась Еванфия.

– Почему? – заюлил Лупа. – Я так не сказал…

– Но подумал! – встрял Ефрем.

 – Знаешь, Лупа, что-то ты мне в последнее время совсем не нравишься. Это Дрон на тебя плохо влияет?

– Гермогена не трогай…

– Молчи, Фекла, – поддержал товарища Пров. – Ты еще не знаешь, что это за тип. Думаешь, если он кучу талеров в дом таскает, то уже герой? Может, он их крадет?

– Ну и Смерть с вами! – сорвался Харитон. – И покруче вас ребята найдутся. – Он метнулся взглядом по сжатым кулакам Максима и быстро отступил в глубокую тень, где трепыхалось на ветру влажное белье.

 – Очень надо с такими уродами водиться… – И в темноте быстро застучали, удаляясь к парадному, его башмаки.

В начале августа Максим все-таки собрался с духом и пошел к муниципии, там на особой тумбе всегда висели объявления о приеме на работу. День выдался дождливый, ветреный, и народу на улицах было мало, да и тот, топорща воротники, старался поскорее укрыться в домах. Максим в одиночестве стоял у тумбы, переступал вокруг нее и вчитывался в куцые обрывки, выцветшие от Солнца и полусмытые дождями.

Свежих объявлений имелось всего два: одно приглашало во вновь создаваемую бригаду рыбаков, автор второго сулил приличный заработок в типографии газеты “Северный Селавик”. Требовалось очень крепкое телосложение. Еще десяток блеклых объявлений гласил о наборе рекрутов в Королевскую Гвардию или служителей в Храм Смерти, причем набор проводился тут же, в муниципии. Остальные же, остававшиеся пока разборчивыми, заманивали девушек с разными умениями – швей, продавщиц, официанток, учительниц и прочих.

– Задумался о будущем? – услышал Максим справа от себя, вздрогнул и увидел ссутулившегося Макария с пухлой папкой, зажатой под мышкой.

– Да вот…

– Зря ты, Рустиков, баклуши бил, сейчас бы уже пристроился. На моих учеников почти на всех пришли заявки из разных контор и фабрик. Вот Ефрем, например – это ведь твой друг, кажется? – к Поликарпову пошел.

– Я знаю, – мрачно сказал Максим.

– М-да, незадача.