Корабельщик

 – Стой, паразит! А ну тормози! – И выпалил в морозное, почти посветлевшее небо, наполненное дыханием людей.

Максим поспешил удалиться, протолкался сквозь гомонящую семью, в центре которой гордо красовался новобранец в великоватом армейском полушубке, перепоясанном широким ремнем, и уперся в полосатый шлагбаум.

– Вот Смерть, – услышал он жалобный голос. Перед ним в неловкой позе стоял парень примерно одного с Максимом возраста, губы его обиженно кривились, а правая ладонь без рукавицы лежала на трубе шлагбаума.

Ростом он был меньше Максима на пару вершков, весь аккуратный, словно собрался на выпускную вечеринку в школе, в светлой рубахе, воротник которой изысканно торчал из-под толстого вязаного свитера. И курточка у него была новой, почти не протертой. В ноздре широкого, непропорционально крупного носа мальчишки поблескивала прозрачная капля.

– Что-то не так? – спросил Максим. Жалкий вид парнишки позабавил его, прошло даже волнение, охватившее его при виде толпы и во время разговора с офицером.

– Примерз!… Задел эту проклятую трубу и примерз.

– Ну все, простоишь тут до полудня, пока она не отогреется, – авторитетно заметил Максим. – Небось сопли руками вытирал?

Парень шмыгнул и наклонился, истово задышав на место крепления руки и шлагбаума. Внезапно позади него возникла телега с тройкой оленей, и одно из животных зацепило его куртку, буквально сдернув с места. Примороженный взвизгнул, словно его топчут копытами, и перемахнул через ледяную трубу, будто спортсмен на состязаниях.

В то же мгновение он испарился в гомонящей толпе.

– Неловко-то как получилось, – покачал головой охотник и тронулся с места. – Не боись, Рожок… – Он похлопал по боку испуганного толпой и криками оленя. – Убег уже… – Телега с протяжным скрипом поворотилась к Проезжей.

Максим огляделся и заметил у стены заставы небольшую группу ребят, заметно отличавшихся от новобранцев своей явно гражданской, разношерстной экипировкой.

Они собрались возле заиндевевшего мобиля, черного и настолько крупного, что в него мог бы поместиться целый школьный класс. Среди них выделялся довольно взрослый человек в богато отделанной кожаной куртке: ее круглые, металлические заклепки поблескивали в свете восходящего Солнца. На голове у него красовалась кожаная же кепка с меховыми наушниками, а перчатки едва не достигали локтей.