Шмель в паутине

– А то не знаешь? По ним сразу видать, что недавно из болотной колонии. Такие и в переулке пошалить могут, особенно тот, с камерой в телефоне.

– Спасибо, – пробормотал Рауль и поспешил к подруге.

– Давай же скорее! – воскликнула она и чуть ли не силой выхватила у него кувшин. Припав к носику, она жадно глотнула и зафыркала. – Всю дорогу хотелось чего-нибудь такого. Но в Гаево пиво все равно лучше, – заметила она.

Рауль разлил «Черный елей» по одноразовым кружкам и не торопясь присосался к своей.

Напиток был, как всегда у Фиделя, на высоте.

– Не спорю, – сказал он. – Все-таки Гаево – столица целого округа. И пивной завод там стоит.

– Что завод! – подхватила Роза. – Только представь – подлетаешь ты к городу, а за бортом конец дня, ветра почти нет… Туч тоже не видать, и солнце уже касается моря, и от него к городу тянется будто живой огонь. Везде подъездные эстакады, воздушные стоянки, небоскребы, рекламные модули, гудит на посадке аэрокосм.

А гражданские флаеры и аэробусы с принудительно перехваченным управлением зависли на высоте в сотню метров и замерли, точно сливы на прозрачных ветках.

«Не иначе проспект цитирует», – подумал Рауль.

– Я видел в кино, – сказал он.

– Прилетай как-нибудь в выходной, – горячо продолжала Роза. – Я тебе всякие памятники старины покажу. – Глаза ее мечтательно прикрылись, будто она уже месяц гостила на родине и буквально рвалась обратно, в Университет. – Ты знаешь, Гаево начали строить вместе с Валхаллой!

– У меня контракт.

– Ты так и собираешься на Антипова батрачить? – усмехнулась она. – При твоей квалификации можно найти работу и получше, да хотя бы и в Гаево.

– «Антипов» – богатая корпорация, – проговорил Рауль. Он разлил остатки пива. – Глядишь, в окружной филиал пригласят.

– Жди, как же! А кто в этой дыре останется? Вон, Пабло на дрифтер устроился, а он-то в двигателях поменьше твоего понимает. Кстати, я читала в газете, что «Каталония» скоро уйдет на профилактику в основной док.

Пабло целую неделю будет гулять по Гаево!

Ее напор уже начал утомлять Рауля. Видимо, такая манера поведения считалась нормой в столицах, но сам он не привык, чтобы кто-то указывал ему, как жить. Он даже старику Эндьете долго не позволял рассуждать на тему поиска более престижной работы.

– Я и не собираюсь всю жизнь в Эль-Фернандо околачиваться, – сказал он.