Евстафий, сын того самого Никифора

Вражеские пули вжикали и шуршали на бруствере покинутого окопчика. Третий окоп имел заглубленный ход к основной траншее оборонявшихся, что давало ночному стрелку возможность незаметно исчезнуть с огневой позиции. Отсюда Сандр внимательно осмотрел траншею противника. Тишь да гладь, опять никакого шевеления. Оп-па, из глубины вражьего тыла сверкнул выстрел и тут же раздался отчаянный крик боли с нашей стороны. Ну, сучий кот! Меткач англичан разместился с комфортом на недосягаемой, как он считал, вершине взгорка.

Соблюдая все меры предосторожностей, Сандр неторопливо навел подзорную трубу на взгорок. Кустики чахлого ковыля едва шевелились в лунном свете и клонились в ту сторону, куда дул ночной ветерок. Но вот гуща ковыля в ложбинке взгорка резко наклонилась в противоположную сторону и медленно разделилась надвое. Есть, это тот гад, что стрелял по нашим позициям, Сандр был в этом уверен. Он затаил дыхание и прицелился в обрез гущи ковыльной травы. Через несколько секунд из этой гущи сверкнул выстрел. Сандр тотчас нажал на курок, быстро поставил штуцер на дно окопа и приник к подзорной трубе. Ковыль в ложбине взгорка продолжительное время колыхался в разные стороны, как будто там боролись невидимые соперники. Потом резко прекратил дергание и отдался на волю ветра. Помня наставления дяди Миши, что ночные охотники неприятеля всегда ходят на задания парами, Сандр продолжал наблюдать за взгорком, предварительно зарядив штуцер. Рядом с гущей ковыля сверкнул выстрел. Не медля ни секунды, Сандр послал туда ответную пулю. В сторону и вверх взлетело вражеское ружье. Вскочивший на ноги стрелок противника был отчетливо виден даже в темноте серой ночи. Он держался обеими руками за голову и попытался убежать вниз. Но вторая пуля Сандра не дала ему такой возможности. Враг упал недвижимым.

Подполковник помотал головой, отгоняя воспоминания. Вгляделся в заснеженное мишенное поле, все мишени были поражены выстрелами гимназистов. Он скомандовал прекратить стрельбу.

На построении отстрелявших свое гимназистов и новых кандидатов в стрелки он вгляделся в разгоряченные лица парней, учащихся в военной гимназии. На многих скуластых, круглых и вытянутых лицах которых можно было прочесть решимость и огромное желание выполнить стрельбы на отлично. Их раскосые, круглые, прищуренные глаза, глядящие открыто и честно на подполковника, выражали готовность совершить любой подвиг на благо Отечества по приказу начальника.