Таежный Робинзон

Если они начнут вилять, придётся, насколько будет в моих силах, «прыгать» через хребтики…

Покопавшись, достал из сумки наручный компас, а заодно и брелок с градусником. Компас сразу укрепил на руке. Теперь он постоянно будет нужен, брелок укрепил на рюкзаке.

Отыскивая приборы, неожиданно наткнулся на топорик, который незаметно подложила дочь.

– Вот почему сумка такая тяжёлая, – улыбнулся, обрадовавшись, Никита и переложил топорик в рюкзак.

По компасу определил направление на юг. Остался доволен своим предвидением:

– Действительно, юг там.

В 9-30, запрягшись, сдёрнул сани.

Сначала, после очень плотного завтрака и более чем часового отдыха, к тому же без четырнадцати килограммов железа, Никита шагал очень бодро, даже быстро. Но постепенно силы уходили, а ноги всё больше отказывались двигаться. Скорость уменьшалась, темп движения несколько раз сбивался, дыхание учащалось, возобновилось выделение пота… Прошагав меньше часа, Никита остановился на отдых. Лишняя влага из тела вышла вчера, поэтому одежда насквозь не промокла, и он не разводил костёр.

Посидел 10 минут и, когда начал мёрзнуть, поднялся и пошёл дальше. Теперь уже останавливался чаще. Увеличивалась и продолжительность отдыха. Через полчаса начал «прикладываться» к шоколаду. Две дольки на перерыв.

Но силы таяли. Казалось, что общий вес груза по сравнению с первоначальным, когда он пошёл после завтрака, увеличился почти вдвое.

– Надо что-то делать. – Всё чаще эта мысль вторгалась в его размышления об обстановке, будущем и вообще о жизни, которые клокотали под шапкой.

Наконец, Никита признал: «Надо оставлять сани с частью груза… Обязательно… В таком состоянии я далеко не уйду.»

Из последних сил пройдя за полчаса полкилометра, остановился. Было 11-45. Всего от усадьбы можно считать «убежал» на девять километров.

– Подсушусь, отдохну и оставлю сани. Возьму рюкзак с сумкой и буду идти на лыжах…

Пока одежда подсохнет, решил уточнить, что можно здесь оставить.

Подсел ближе к костру, разложил на снегу все, что было в баке и в чехле от палатки.

Укладывая вынутые вещи на место, оценивал необходимость и первоочерёдность каждой мелочи. Теперь это уже не были мелочи. Каждая из них была жизненно необходимым предметом. Содержимое рюкзака проверил мысленно, раскладывать не стал – это будет сделано позже. Кое-что из рюкзака решил оставить, ведь теперь с собой надо брать еще большой топор, а вместо малой лопаты – большую. И нести ружье.