Пиши, жду. Твоя Ника. История одной любви

Наташа встала, одним движением руки сняла заколку, и длинные светлые волосы упали на её загорелые плечи. На ней была лёгкая майка и шорты. Она пошла, грузно передвигая бёдрами, словно поплыла. Фигура у неё была стройная, поэтому такая походка её не портила, а наоборот придавала некий шарм и грациозность.

Алекс проводил Наташу взглядом, и вернулся к Николь. Подойдя к ней, он присел на корточки, провёл пальцем по спине, и тихонько прошептал:

– Милая, вставай, уже прилетели. Вам виски или пиво?

– Хочу виноградного соку и… тебя.

Мне приснилось, что я в супермаркете покупала альбом твоего любимого Айвазовского, а ты разбудил, и я не знаю, купила его или нет.

– Очень приятно, что даже во сне думаешь о своём любимом. Пойдём, милая, искупаемся?

Николь охотно согласилась. Поднявшись, она смахнула c ладони несколько прилипших крупинок песка, протянула свою маленькую детскую ручку, и Алекс повёл её к воде, на ходу сбрасывая шлёпанцы и шорты. Океан радушно встретил молодожёнов, излучая на солнце бирюзовый блеск.

Маленькие гребешки волн хаотично бегали друг за другом, словно белые барашки. Водная гладь бесконечно уходила в голубую призрачную даль, и звала, звала, звала…

    (26 декабря 2004 года)

Alex:

Привет, Ника! Фильм «Цунами 2012» – не произвёл сильного впечатления, а «Маяк» потряс, задел за живое. Этот маяк внутри нас тянет на родину, где мы провели своё детство. Сегодня купил печёный пирожок с луком и яйцом, кое-как на кассе пробили, код не распознавался. Такие пирожки стряпала моя мама в детстве – с зелёным луком и яйцом.

Сразу всё вспомнилось, далёкое и безоблачное. Иногда ностальгирую по прошлому. Надоедает быть взрослым. Часто снится славный дом моего детства. Встаю и пишу по свежему…

Родина

Опять мне снится родина, сирень,

Берёзы две шумливо стонут,

А третьей нет, лишь только прелый пень,

И видом этим я невольно тронут.

Мной не забыто место, где родился,

И память детская во мне живёт,

Сюда я не случайно торопился,

Земля родная благостно зовёт.

Я вижу дом, который уж не дышит,

И люди в нём какие-то живут,

Меня никто здесь явно не услышит,

Чужие мысли мимо проплывут.

Но я зайду, спрошу, как им живётся,

И почему с кровати не встают,

Собака лаем хриплым не зальётся,

И в детской – дети бойко не снуют.

С петель слетела дряхлая калитка,

И электричество пропало без следа,

Застряла новогодняя открытка,

За рамой у разбитого окна.