Серый ветер, серая река

Но то, что могло остаться после пробуждения, уже ничем не ограничивалось, может быть, только смертью.

Сколько раз ненавидел он себя за этот страх перед неизвестностью пробуждения, ведь самый невинный сон мог обернуться кошмаром невозможной сути, в которой не было места ни ему, ни всему, что составляло его жизнь.

В этот раз ему снился кот Шредингера. Это было пять плоскостей тьмы, и в ограниченном пространстве пустоты светились глаза. На ум сразу пришёл Чеширский кот. А свет от кошачьих глаз высвечивал ещё ниточки усов.

– Вы не умеете определить меня, пока не схватите за хвост, – сказал кот. – Но всё дело в том, что раз я служу темой ваших измышлений, значит, я существую. Вы не можете думать о том, чего не знаете. Но если вы пытаетесь меня познать, значит, я есть объект. Сущий в реальности. Что мне с того, что вы не знаете моей масти, или размера, или моего нрава? Это ваша беда. Дело в том, что правда обо мне вам и не нужна. А что вам надо – это правда о вашем мире. Но она вам не доступна.

Вы не можете её вообразить, представить, оценить, анализировать, потому что не знаете сути её природы. Более того, вы не можете даже сказать, нужно-ли вам это знание. Может быть, вы и живёте только потому, что не обладаете этим знанием.

Кот прищурил один глаз, и Алан будто увидел, как он потягивается, выгибая спину и вонзая когти в подстилку.

– Ты врёшь, – холодея от ненависти к беспардонному собеседнику – ведь тот говорил правду, но имел-ли на это право! – процедил Алан, не разжимая губ.

 – Ты всё врёшь, вот это и есть истина. Какое тебе дело до того, что мы знаем, и что стремимся узнать! Ты сам существуешь только в воображении, но не в мире.

– Ну-ну, успокойся уже, – небрежно отозвался кот. – Несуразицу ведь несёшь. В вашем убогом воображении может быть только то, что вы имели на завтрак, или в постели перед сном. Вещи самые прозаические, твёрдокаменные, на которых и зиждется ваш убогий мир, мир, который может быть есть, а может быть он есть, но совсем не то, чем кажется вашему воображению.

Даже себя вы воображаете так, как вам удобнее, а что уж может быть ближе и известнее!? Проснувшись, ты уверен, что рядом с тобой спит то, что тебе кажется, или хочется, что тебе желанно, или ненавистно и страшно? Ты уверен в ЭТОМ? Кстати, у тебя в кармане не найдётся кусочка колбасы? Можно котлету.

– Ты ещё и нуждаешься в питании?

– Ответь, есть или нету?…

– Я… не знаю.

– Честный ответ.