Комитет Правды

Шеф лично пожал руку ему, извинился за увольнение.

Новоиспеченный капитан пробрался сквозь толпу, прошел в свой кабинет. Там его ждал Олег. Он поздравил его и сказал:

– Спасибо, что указал нам на наши ошибки.

– Указал кому? На какие ошибки? – удивился Сергей.

– Я ведь тоже из «веритов». Спасаю вот самоубийц и людей с психическими отклонениями. Только их количество не уменьшается. А тебе завидую: так мощно выступить… Ты показал, что настоящая правда может быть только для всех.

– О, не знал… – ответил Сергей.

 – Думаешь, теперь наша контора перестанет глушить «сайт» и все люди будут им пользоваться?

– Наоборот, теперь глушить будут еще сильнее. Но это так, агония уже, потому что шаг к истинной свободе уже сделан…

В Интернете была запрещена индексация личной информации. Вскоре нелегальные поисковые сайты превзошли по популярности легальные.

На весах правды

Правда – самое ценное из того, что у нас есть; будем же расходовать ее бережно.

    Марк Твен

Этап 1

Взрыв был неожиданным. Где-то далеко раздался грохот, чуть колыхнулся пол, да слегка осыпалась штукатурка. Стало ясно: случилось непоправимое. Начальник смены блока Иван Крабов кинулся к пультам и понял, что опоздал: часть датчиков зашкалило, часть показывали совершенную несуразицу. На мониторах изменение данных остановилось, и все поняли: оборвалась связь с реактором.

Старший инженер управления блоком, Вадим Миноев, подтвердил эту догадку:

– Иван, бета скакнула за 0,5 за 3 секунды.

Сейчас там идет неуправляемая ядерная реакция. Нужно срочно эвакуироваться!

Кроме их двоих, в зале управления энергоблоком ядерной электростанции находилось еще трое: старший инженер управления турбогенератором Петр Кашин, старший инженер управления реактором Алексей Столяров, начальник смены турбинного цеха Иннокентий Безумов – обычная смена. Все очень опытные работники, не один год проработавшие бок о бок.

Да, эксперимент, который они проводили по разгону реактора, был внештатным, но все в пределах нормы. В конце концов, такие эксперименты и проводят именно для того, чтобы знать, как действовать в аварийных ситуациях.

Ивану было 46 лет, и он считался хорошим специалистом: собран, компетентен, деловит. Правда, психологические тесты показывали неустойчивость психики и существенные перепады настроения. Он быстро посмотрел на дисплее состояние реактора.