Путник. История странствий воина

Под белой пеной из тонких кружев друзья увидели серебряную фибулу[13 - Фибула – металлическая застежка для одежды, одновременно служащая украшением (брошь для украшения или булавка, имеющая «замок» для острого конца для крепления одежды).] в виде открытой книги с сияющей ярко-красной искрой. Сомнений не было, перед ними был полномочный представитель могущественного ордена магов.

Необходимо пояснить, что в королевстве Вендария члены всех орденов, кланов и гильдий имели именные значки в виде мелких украшений. На эти вещицы накладывались специальные магические заклинания.

Находясь вблизи своего владельца, такой предмет излучал слабое сияние, а в случае гибели хозяина тут же переставал светиться. Последнее равным образом происходило, если значок попадал в чужие руки. Материал, из которого было изготовлено украшение, указывал на ранг, занимаемый его носителем в иерархии организации. Для высших чинов значок делался из золота, для чинов среднего звена – из серебра, а рядовым членам приходилось довольствоваться изделиями из дешевой бронзы. Бронзовая молния на значке Норма всегда светилась тусклым коричневым светом.

– Приор ордена Искры в Междуречье архимаг Бенедиктус Вицериум приглашает вас на неофициальный прием в резиденцию ордена, – продолжил виконт де Мэнье напыщенным тоном.

Когда приглашение исходило от столь высокопоставленного сановника, противится не следовало. В случае необоснованного отказа адресат мог нажить себе врага в лице одного из самых влиятельных орденов Обитаемых Земель.

– Мы, конечно же, с почтением принимаем приглашение, – произнес Норм, переглянувшись с Бедахом. – К слову, мы сами искали встречи с магами Искры. У нас есть послание, адресованное ордену!

– Поговорим об этом по дороге, – перебил ратника де Мэнье. – Пожалуйте в экипаж!

Друзья еще раз переглянулись и, чуть помедлив, по очереди поднялись в карету. Виконт подал знак кучеру и молодцевато запрыгнул в экипаж. Учтиво улыбнувшись, он прикрыл за собой дверцу. «Экий он прыткий», – подумал про себя Норм.

Тяжелая карета тронулась с места и, набирая скорость, покатила по улице.

Выскочивший из-за угла, Амвросий бросился было вдогонку за быстро удалявшимся экипажем, но вскоре начал задыхаться и отстал. Лицо иеромонаха налилось кровью, сделавшись пунцовым, из груди вырывалось хриплое, прерывистое дыхание. Широко открыв рот, он перешел на шаг, а затем и вовсе остановился. Согнувшись пополам, секретарь его преосвященства уперся ладонями в колени.