Из серии «Зеркала». Книга 2. Основание

– Или имело, до определенного предела?.. Мог бы и промолчать. Нехорошо отбирать надежду у страждущих. Я надеялся, что у вас сложится настоящая семья… Но похоже, даже такие люди, как ты, не могут быть тактичными к таким, как мы. Надеюсь, ты не обижал Сарру.

– Джиа!..

– А ты… ты рассказал Кардону, что это я убил его отца, раз ты ему не отец?!. А теперь предлагаешь ему пожить вместе со мной?.. Не терпится отправить на кладбище остатки нашей семьи? Или лучше наверняка – признать недееспособным – и на утилизацию, вместе с потенциально опасным и неблагонадежным братом?!.

– Джиа, я бы никогда…

– Я гадаю, как выглядел тот разговор?!. Чаепитие в сумасшедшем доме было бы более прилично.

– Джиа!.. Я умираю…

10…9…8…7…

Джиа включил обратный отчет, сдерживая бушующую по крови ярость.

– Остановись!

Они оба разом без сил рухнули на стулья – кто на какой попал. Остен приподнялся, вытаскивая из-под себя смятый плед.

– Извини, я не ждал гостей, – придя в себя, растерянно проговорил Джиа.

– Я не стал вдаваться в подробности. Кардон знает только, что его отец умер.

– А пока была жива Марри?

– Он считал своим отцом меня.

– Как вам это удалось?

Остен ответил.

– Ладно… – помертвевшим голосом протянул через пару минут Джиа. – Сегодня ты почти убил меня… но раз ты умираешь… Я помогу Кардону, и мы квиты. Больше мы друг другу ничего не будем должны.

– У него каша в голове. И он не контролирует…

– Я понял, – резко прервал нежданного вестника Джиа. – Хочешь анекдот? Две сволочи – старая и не очень – как-то встретились друг с другом…

15

«Честные люди – самые опасные негодяи», – любил повторять отец, и, как всегда, оказался прав: Остену все же удалось разыграть свою карту.

– Но-но, ладно, сам-то себя в праведники не записывай, – одернул себя Джиа. – Братишка…

Понимая всю абсурдность положения, Джиа согласился на авантюру. Фразу «прости за то, что лишил тебя детства» он решил приберечь на крайний случай; мальца следовало огорошить, отвлечь от тяжелых мыслей.

«Решил поиграть в Бога?.. Снова?.. Ты серьезно?..»

Пять лет высылки приучили Джиа разговаривать с самим собой. Одиночество в его случае было безопаснее любых контактов.

Шаг восьмой

16

– Ай-ай-ай, такой способный и неприкаянный молодой человек, – хитро прищурившись, заметил его новый инспектор. – Что ж, добро пожаловать на мой участок.