Из серии «Зеркала». Книга I. «Лишние люди» (ред. 2)

Полковник Лоу никогда не поднимал руки на мать и помогал бабушке, совершенно чужой для него женщине, после отъезда сына из дома вконец опустившейся, впавшей в тяжелейшую депрессию и буквально сводившей всех с ума своими жалобами: «компот слишком горяч», «слишком холодно, много разбавила», «вы все делаете не по-людски», «я совсем вам не нужна», «тебе стоило быть поласковее, тогда бы Джон не ушел», «ты умница, Джимми, не повторяй ошибок своих родителей», «надо быть терпеливей», «для меня никогда нет времени», «не говори так, он тебя никогда не забывал», «он нам не нужен, правда?», «нам и без него хорошо»…

Однажды на последнее замечание он неосторожно поддакнул: «ага», – и бабушка влепила ему пощечину.

– Не смей! Мертвые не помнят живых, а ты живой. Нам без него плохо. Ты должен уважать своего отца.

После Джимми заметил: это было их родное, семейное, – умение изводить людей, брать от них самое лучшее и иссушать до дна.

После смерти бабушки мать продала дом, и они окончательно перебрались к полковнику.

Сколько ему было? Совсем пацан. Когда полковника Лоу застрелили, выяснилось, что он участвовал в контрабанде оружия. В тот день отчим с матерью уехали в ресторан.

– И чтобы дома был порядок.

– Да, сэр.

К тому времени Джимми уже понял, что с полковником легче согласиться, чем спорить. Если это не касалось дурацких правил, тот был вполне неплохим человеком, со своим представлением о воспитании. Зато полковник Лоу научил его драться всерьез, метать ножи, стрелять.

Каждые выходные они ходили на охоту за купол.

– Заряди аэрокар, – прозвучало последнее указание Лоу, и они с матерью уехали.

А потом Джимми впервые сидел в больнице и ждал, когда закончится операция.

Мать ранило легко, но дом и почти все сбережения они потеряли: забрали родственники полковника. Мать была слишком доверчива и чистоплотна в то время, верила в семью. Тогда они впервые фактически оказались на улице, но ненадолго. Их приютил дядя Джимми, двоюродный брат матери, выделил им комнату в своем доме, помог с деньгами.

А потом мать опять запила, как после развода с отцом, до полковника, – тот не давал ей ни капли спиртного, а за найденную однажды сигарету Джимми получил так, что не выходил на улицу неделю. А потом…

В один прекрасный вечер мать не пришла домой ночевать. Под утро они с дядей нашли ее возле мусорных баков недалеко от дома. Она плакала и не хотела никуда уходить.