Лихое время

Или «дружок» Кирька Гутарев… Тогда уже ни водка, ни бабы не понадобятся, что совершенно Костю не устраивало. Но что может предложить старикан?

А Бизин придвинулся, по плечу поглаживает.

– Чем больше с тобой беседую, Костя, тем больше вижу в тебе то, что в жизни моей не состоялось…

Алексей Андреевич по плечу поглаживает да в глаза заглядывает. И видит, видит посеянные сомнения. И начинает привирать все увереннее.

– С супруженицей моей, царствие ей небесное, так насчет сынка, Костя, и не сподобились… Не дал Господь… А таким и видел его… Как ты!.

От сыгранной мастерски жалости к самому себе Бизин и вправду расстроился, заплакал, согнувшись на поваленном березовом стволе.

– Будя! Чо ты раскис, Андреич!

Костя даже невольно почувствовал вдруг себя обязанным, похлопал старика по спине.

– Будя, мы еще дадим копоти! Наши в городе!

– Спасибо, Костя, понял старика! – начал успокаиваться Бизин, с удивлением подумав, что вполне бы мог дать фору самому императору Нерону, еще помнящемуся с ученической скамьи, а уж на что, как писали древние латиняне, тот артистом был.

– Я пока, если начистоту, ни хрена не понял! – озадаченно проговорил Ленков. – Што ты потек – вижу. Размягчел сердчишком. А вот чево ты тут про лазейки гутарил, Андреич, – непонятно!

– Но это, Константин, такая моя секретная задумка, что ни одна душа знать не должна! – посуровел Бизин – куда вся квашня слезливая делась!

– Мне землю начать есть или как? – осведомился с издевкой Костя.

– Может, и землю… Как ты, Константин, смотришь на то, чтобы вскорости перебраться нам с тобой за кордон? Там я все ходы-выходы знаю, что в Маньчжурии, что дальше, хоть на восток, хоть на запад…

– За кордон? – Ошарашенный Костя снова вскочил с обомшелого ствола. – Ты меня с собой за кордон кличешь?! За какие это же такие красивые глаза? И чо я там забыл?

– Там, Костя, можно заняться приличной коммерцией. Развернемся – будь здоров! Я в торговых кругах человек известный, раньше вся китайская власть в Харбине на поклон ко мне ходила.

Бизин произнес это, невольно приосанившись, с таким презрением, что Ленков мгновенно поверил. Поверил в то, что Бизин действительно может раздобыть ему пропуск в нарисованный рай.

– Я тебе, Константин, без лукавства поведал… Приглянулся ты, парень, приглянулся… Молод, решительности тебе не занимать, ум имеется.