Вольному – воля. Путешествия по диким и нетуристическим местам Земли

От страха у нас перехватывало дух и развивалась бессонница. Короче, все симптомы психического расстройства и неврастении. Немели и тряслись руки, были частые позывы к мочеиспусканию, голос дрожал, пульс был частый. Это был страх безопасности, страх от инстинкта самосохранения. Этот страх сковывал наши движения и старался всеми усилиями не пустить нас туда, в неизвестность! Последние дни перед вылетом мы настолько сильно испытывали чувство тревоги, что не могли даже смеяться. Было не до смеха, едем ведь не на курорт отдыхать.

Но другого пути нет: либо ехать туда, в неизвестность, либо закиснуть здесь, в этом городе. Мы понимали, что если мы не сделаем это сейчас, то просто сгнием здесь, находясь в своих прежних городских ипостасях. Это был вопрос нашего физического выживания, я подчеркиваю, выживания! Все именно так, все крайне серьезно, без шуток! Но именно наша тяга к жизни, наша жажда жить, наше стремление выжить и двигали нас вперед. Именно потому, что мы не были слабаками и трусами, как некоторые из вас могли подумать про нас ранее, мы и пересилили свои страхи и сделали это безумное, но очень крутое дело!

19 марта 2012 года я вместе со своими напарниками вышел из дома и отправился к своей мечте.

Когда-то давно, когда мне было 4 года, я уже летал на самолете, но ничего из этого не помню. Поэтому этот полет можно считать моим первым.

До столицы Индонезии, города Джакарты, мы летели транзитом с пересадками в Пекине, Гонконге и Куала-Лумпуре. В аэропорту Джакарты мы за наличные деньги купили билеты дальше по Индонезии на острова Кей Кечил.

Там было еще два перелета, после чего мы оказались на небольшом коралловом архипелаге, расположенном в море Банда примерно в 500 милях к северу от Австралии.

«Кей Кечил» с индонезийского языка переводится как «Маленький Кей». На самом деле архипелаг очень небольшой, и не сразу его найдешь на карте, а нашего Динозаврика так и подавно не каждый сможет найти. Расчет был на то, что такая конспирация острова подразумевает отсутствие туристов, а значит, мы сможем там спокойно спрятаться, а если нас найдут местные, то с ними проще будет договориться, чем с теми, кто проживает в туристических местах, где толпы туристов избаловали их разноцветными фантиками.

Мы – не туристы, мы – робинзоны, наша принципиальная разница заключается в том, что мы едем туда жить, а не отдыхать. Дом туриста находится в его стране, в его городе, наш же дом теперь будет там.