ОТРОКИ ДО ПОТОПА

Его надо было израсходовать с умом – чтобы оставить след в истории и чтобы не было потом мучительно больно за разное-несуразное. То есть сделать кое-кому больно как раз очень бы не помешало – есть ведь, елы-палы, управляемые снаряды! И шарик – вот бы славно! – взял да извернуться в воздухе, найдя себе мишень достойнее мусорной кучи. А что может быть достойнее, нежели задница Шамы? Или того же Сэма, к примеру? Не им одним пить народную кровушку! Дайте и другим порадоваться…

От таких крамольных мыслей палец самовольно ерзнул на курке, и «Вальтер» с готовностью бабахнул.

Мимо мусорной кучи – зато прямо в выставленную на берег поллитровую серую от грязи бутылку. Отбитое горлышко чуть подпрыгнуло и осело, болельщики у костра азартно зареготали.

– Снайпер, блин! – завистливо протянул Кокер.

Хрустнули кусты, на берег, покачиваясь, вышел физрук Николай Степанович.

– Эт-та кто там стекла бьет! – гаркнул он. – Ты, Чохов? Вот, засранцы! А ну, собрать все до последнего осколка!

Серега со вздохом передал пневматику Кокеру, не споря, побрел к разбитой бутылке.

Оправдываться и говорить, что попал случайно, было бы глупо. Лучше уж стеклышки собрать, но остаться в снайперах.

– Ну, ты подумай, что за люди пошли! – продолжал разоряться учитель. – К вам ветеран сегодня на урок придет, о войне будет рассказывать, а вы…

– Че-то я не догнал, какой ветеран? – Васена поскреб в затылке. – У нас же это… Русский и литра по расписанию.

А Верлеонидовна болеет.

– Я что, неясно объяснил? – рассвирепел физрук. – Вместо русского вы работаете здесь – берег убираете, а на литературу придут Маргарита Ивановна и настоящий боевой ветеран – участник Великой Отечественной войны.

– Из Чечни, что ли?

– Лет двадцать назад тебе за такое незнание головенку бы открутили!

– Да вы че, Никстепаныч! Двадцать лет назад меня вообще на свете не было!

– Великой Отечественной войны не знать! – словно не слыша, продолжил физрук.

 – Это уже что-то сверхненормальное… – взглядом раненного оленя он оглядел восьмиклашек. – Да вы радоваться должны, что в одно время живете с такими людьми. Он же такое видел, – вам в страшных снах не снилось. Он за мир боролся. Чтобы все кругом чисто было, чтобы травка, цветочки всякие… А вы, паскудники, стеклами сорите. А если девочка маленькая потом пробежит? Если ножкой босой наступит?

– Осень же, Николай Степанович.