Закон Дарвина

Еще и еще…

– А автоматы из оружейки расхватать слабо было? – не щадил их Юрка, понимая, что нашел тех, кого нужно. – Что, это не на плацу сапогами бухать и песенки про Россию орать?

– Я же говорил!.. – вскинулся рыжий. Но старший тоже поднял голову:

– В Рязани, в кадетском, некоторые расхватали. И что? Сожгли всех ракетой. А кто выжил – вывезли куда-то. Даже мальков совсем, с первого курса. А училище десантное и вовсе без шума разошлось… взрослые парни…

– Тогда валите отсюда, – презрительно произнес Юрка.

И они – все семеро – повернулись и покорно побрели прочь.

Этого Юрка не ожидал.

Но не ожидал он и того, что произошло потом. Младший из мальчишек вдруг развернулся и горько заявил:

– Если бы мы знали… как это будет… как вот тут будет… – он мучился словами, как раскаленными отливками, мазнул себя по груди. – Пусть бы и нас сожгли! Мы бы не ушли! Но мы же не знали! Мы не знали!!!

И Юрка увидел вдруг, какое тоскливое горе в глазах у всех семерых.

– Есть два «макара», шесть полных обойм и три эргэдэхи, – сказал он.

 – Бесплатно. Поговорим дальше? Или пойдете знаменами слезки утирать?

Они – семеро – качнулись к нему.

* * *

Никитка и Илюха купили себе мороженое на углу – напротив здания, возле которого группками и поодиночке толпилось человек сто, не меньше, ребятни в возрасте от 7–8 до 13–14 лет. Оба они бывали в Воронеже раньше, кроме того, Земсков-старший их обоих подробно проинструктировал, когда «подрастающая смена» высыплется из фермерского пикапчика на Московском, около забранного лесами и закрытого строительной сеткой Мемориала.

Поэтому мальчишки хорошо знали, куда идти, и сейчас наблюдали, лениво облизывая мороженки, как пацаны и девчонки нет-нет да и заходят внутрь. Остальные в такие моменты притихали. Среди стоящих около здания было много явных беспризорников и вообще неухоженных детей. Они как-то очень резко контрастировали с плакатом над входом: ооновский флажок, ниже – на зеленой лужайке перед домом стоят и дебильно улыбаются Мужчина, Женщина, Мальчик, Девочка и Собака, навстречу которым двое дебильно улыбающихся существ среднего пола ведут дебильно улыбающегося русского ребенка. «ОБРЕТИ ДОМ!» – гласила подпись ниже.

Мимо ребят прошли двое пацанов немного постраше их самих и девчонка – примерно ровесница. Остановились на краю тротуара.

– Ема, сколько-о-о… – протянул один из пацанов. Второй вздохнул:

– Ну это… говорят, всех возьмут.