Банкротство мнимых ценностей

 – Мне про нее рассказывали, а своими глазами впервые вижу, – добавила она восхищенно.

Так, потихоньку гуляя, они сами не заметили, как забрели, видимо, в самую старую и непосещаемую часть кладбища. Тут почти все могилы были заброшены, даже дорожки заросли травой. Женин страх давно прошел, и мальчик чувствовал себя гораздо увереннее. Какое-то смутное возбуждение охватывало его, в районе солнечного сплетения будто шевелились солнечные зайчики. Таня присела на пенек и предложила:

– Давай отдохнем. А то я уже устала.

Женя устроился на земле рядом с ней, ее голова была совсем близко, локоны чуть завивавшихся волос дотрагивались до его лица. Ему вдруг подумалось, что еще немного – и он тоже умрет, только от счастья.

А Таня, казалось, ничего не замечала и была погружена в свои мысли.

– Ты знаешь, я иногда думаю… А что будет после смерти? Как это так: я есть, есть, а потом меня бац – и нет! Не верится…

– Ничего не будет, – проговорил Женя не без важности – недаром в их троице он считался самым эрудированным, еще бы, ведь он даже «Науку и жизнь» читает! – Это как будто заснешь – и никогда не проснешься.

– Не, я так не хочу… – замотала головой Таня, и ее волосы приятно защекотали его лицо. – Мне больше нравится думать, что там будет какая-то другая жизнь. Например, рай и ад. Или, я еще слышала, говорят, через некоторое время после смерти можно опять родиться. Вроде как это будешь и ты – и одновременно совсем другой, новый человек.

– Глупости все это, – возразил Лохнесс. – Просто люди боятся смерти, вот и придумывают сказки.

Таня ничего не ответила. Сорвала растущую рядом высокую травинку и задумчиво стала по очереди обрывать с нее длинные листы.

Женя некоторое время молчал, потом вдруг, поддавшись какому-то необъяснимому порыву, за который, как он чувствовал, позже ему было бы стыдно, потянулся к Тане и быстро чмокнул ее, опешившую, в губы. Что бы там ни было потом, сейчас ему просто нестерпимо захотелось это сделать.

Девочка быстро вскочила, прижала руку к губам, как будто ее ударили, и моментально залилась краской.

– Ты что это? Сдурел, что ли? – тихо прошептала она, точно у нее сел голос. Но во взгляде, кроме испуга и удивления, было и еще что-то, что-то вроде восхищения и удовольствия. Так, по крайней мере, показалось Жене.

Он тоже вскочил и виновато посмотрел на нее, Таня чуть не плакала.