Б-11

Поскольку Генка схватил его и Волосатого за рукав, и сказал:

– Так, братва, тихо. Кажется, сейчас мы немного узнаем за то пекло, в которое нам придется лезть…

Глава III: Мать всех бурь

Македонский выступил вперед, и вкрадчиво спросил Макарыча:

– То есть, до этого, по-Вашему, мы всех обманывали, да?

– Я этого не говорил, – спокойно сказал Макарыч, игнорируя легкий флер угрозы в словах Македонского. – Вы не обманывали нас, и рассказывали правду, даже неприглядную. Но кое-что вы с Максом недосказали.

Может, посчитали неважным, или решили, что не стоит упоминать о таких вещах, а может, и сами каких-то подробностей не знаете. Но есть те, кто знает.

Он достал новую папиросу и подкурил.

– Я понятия не имею, о чем Вы, – сказал Македонский. – Просветите нас, раз уж взялись за это дело…

– С удовольствием, – довольно пыхнул своим ядовитым дымом Макарыч. – Начну, пожалуй, издалека. Мы все хоть немного, но слышали о тектонических процессах. Что говорит наука? Наука говорит, что по жидкой магме плывут, подчиняясь ее вечным течениям, вызываемым вращеньем земли вокруг своей оси, вокруг солнца, а еще – луны вокруг земли, колоссальные громадины материковых плит.

Там, где плита сталкивается с плитой, вздымаются высокие горы. Потом плиты «находят общий язык», и горы стареют, сглаживаются временем, как Урал или Карпаты. Иногда от удара плита раскалывается – образуется рифт, со временем становящийся морем – так появились Средиземное, Красное море, Байкал, а прямо сейчас образуется рифтовый разлом, который через пару сотен тысяч лет расколет пополам Африку… все верно?

– Ну, это очень упрощенно, конечно, – сказал Павел Петрович, глядя себе под ноги.

 – Но, в целом, именно так все и выглядит…

– Как раз это я и ждал от Вас услышать, – кивнул Макарыч. – Видите ли, почти сорок лет назад наш дорогой друг Кулешов выпустил одну за одной несколько блестящих работ на эту тему. Он слету защитил и кандидатскую, и докторскую, он стал самым молодым академиком Союза… или одним из самых молодых.

Его буквально носили на руках, а почему?

Да потому, что его работы под слоем заумных формул, длинных, наполненных специальными терминами и прочей словесной чешуёй определений, маскировали ряд вопросов, которые, несомненно, задали бы, если бы не труды нашего с вами спутника.

Почему материки не тонут в магме? Они ведь состоят из куда более тяжелых веществ, чем те, что в расплавленном виде содержатся в ней.