Дом без выхода

Пока у Виолетты окончательно не прошел страх перед близостью, они ограничивались только этой восхитительной лаской. А войдя во вкус, она даже не заметила, насколько легко ей удалось преодолеть этот рубеж. Профессор оказался настоящим виртуозом любовной игры, а юная Летта была весьма способной ученицей и с упоением открывала для себя все новые и новые стороны наслаждения и способы его достичь.

Переполненная потрясающими ощущениями, Виолетта поделилась опытом с подругами. И выяснила, что многие девушки даже понятия не имеют о том, что интимные отношения предполагают что-то еще, кроме объятий, поцелуев в губы и традиционного полового акта в двух-трех распространенных позициях.

Только несколько наиболее «продвинутых» девчонок слыхали о существовании других ласк, но, как правило, отвергали их, считая чем-то непристойным. К удивлению Виолетты, большинство ее подруг были абсолютно уверены, что удовольствие от секса получает только мужчина. Женщина лишь подчиняется ему и ничего особенного при этом не испытывает. Ей приходится идти ему навстречу, но при этом она не должна выходить за рамки приличий. А секс в необычных позах и местах, занятия любовью при свете, ласки ртом... Нет, это стыдно, ужасно, недопустимо!

Виолетта была благодарна Профессору за все, что он открыл для нее. Но когда прошла эйфория первых ощущений, она поняла, что не любит его. Профессор не был мужчиной ее мечты, она хотела наставлять сама, а не быть ведомой. И с окончанием института их отношения прекратились как-то сами собой.

В следующий раз Виолетта сошлась с учителем истории одной из школ, которую курировала, работая в РОНО. Этот мягкий и в общем-то слабовольный человек без ума влюбился в нее и легко поддался ее сильной воле. Летта с увлечением занялась сексуальным воспитанием любовника, а заодно и формированием его личности. Она решила, как сама это называла, «сделать из него человека» и принялась помогать ему строить карьеру, используя свои связи. Он стал завучем своей школы, потом директором, а чуть позже – директором одной из новых престижных школ «с преподаванием ряда предметов на английском языке», которые в те времена как раз начали открываться в Москве.

Но вскоре воспитательница с грустью убедилась, что ее подопечный достиг своего потолка. Она поняла, что в нем не было ни честолюбия, ни энергии, ни настойчивости, он отнюдь не стремился развиваться и двигаться вверх, а лишь подчинялся напору своей возлюбленной. И Виолетта разочаровалась в своем выборе.