Дочки-матери, или Каникулы в Атяшево

Но теперь… Как она теперь будет жить в тесной деревенской избе без элементарных удобств, таких, как ванная и Интернет? Алике помнилось, что в прошлый ее приезд в доме часто отключался свет, аж на несколько часов, и они сидели при свечах и керосиновой лампе. Тогда это представлялось волшебным приключением: бабушка рассказывала им сказки, и сказки, казалось, оживали в виде теней, отбрасываемых на стены мятущимся светом лампы… Но теперь для Алики подобные вещи были лишь признаком убогости и нищеты. «Хорошо хоть, у меня планшет нормально держит зарядку, – промелькнуло у нее в голове.

 – Но все равно, захолустье – оно захолустье и есть…»

– А как дочки ваши? – непринужденно щебетала тем временем Ирина.

– Ленка только что школу окончила, на той неделе выпускной был, – гордо отвечала тетя. – Поступает в медицинский институт при Мордовском университете, на лечебное дело. Должна пройти, баллы по ЕГЭ у нее высокие, и в олимпиадах она побеждала, и на подготовительных курсах она там училась заочно. А Наташа занимается фигурным катанием в нашем ледовом дворце.

– В вашем – где? – широко открыла глаза Алика. Факт наличия в Атяшево ледового дворца был для нее чем-то сродни появлению океанского лайнера в Чистых прудах.

– В ледовом дворце, – снисходительно улыбнувшись, повторила Ольга. – У нас его пару лет уже как открыли. Тренер на Наташу не нахвалится, говорит, от природы есть способности, грех такие не развивать. Вот, думаем ее в ДЮСШ отдать, осенью будем пробоваться.

– «Пробоваться!» – фыркнул Владимир.

 – Ты, мать, что, сомневаешься, что ее возьмут?

«Небось дворец этот – какой-нибудь сарай переделанный, – раздраженно думала Алика. – Или просто каток на зиму заливают на пустыре. Дворец, конечно…»

– Ну а ты, Алика, как? – неожиданно спросил дядя. – Учишься где-то? Ты, кажется, в театральный поступила?

Алика смутилась и отвернулась к окну, а Ирина сурово заявила:

– Отчислили ее из театральной академии еще той зимой. Вот думаем, что дальше делать.

Ольга тактично промолчала.

Алика уставилась в окно. Ну, мать дает! Она бы еще про драку и суд рассказала! Кстати, странно, что про суд тут никто ничего не знает… Тут что, совсем от жизни оторванные все? Ни Интернета, ни газет, ни журналов?

Ей вдруг неожиданно стало стыдно. Хотя, казалось бы, чего стыдиться-то? Ну, поступит Ленка в свой мединститут, ну, катается Наташа на коньках в этом своем «дворце» – ей-то, Алике, что с того? На коньках она и сама каталась в детстве, а институт – для заучек.