Дочки-матери, или Каникулы в Атяшево

На суде прокурор просил три года с отбыванием наказания в колонии, но Ирина не зря подняла на ноги всех знакомых, нашла хорошего адвоката и не поскупилась. В результате Алике дали два года условно.

– Я ведь и не замечала этого… Ну, того, какой она стала, – Ирина выпила коньяк, даже не почувствовав ни вкуса, ни опьянения. – Для меня она была всегда маленькой девочкой, которую я видела очень редко. Но что поделаешь… При нашей профессии нет никакой возможности совмещать семью и работу. Либо ты снимаешься, получаешь интересные роли и нормально зарабатываешь – либо перебиваешься с хлеба на воду и три раза в месяц играешь даму на балу во втором составе, но зато остаешься хорошей женой и матерью.

Я выбрала карьеру. Наверное, меня можно за это осуждать… Но ведь актерская работа – это мое истинное призвание! Все, в том числе и вы, всегда говорили, что у меня настоящий талант! – произнеся это, Ирина разволновалась еще больше.

– Я и сейчас так считаю. – Борис Владимирович успокаивающим жестом положил тяжелую руку на ее ладонь.

– Я всегда старалась, чтобы Алика ни в чем не нуждалась, – продолжала Ирина уже тише. – У нее были прекрасные няни и гувернантки, она училась в лучших школах. Отдыхать ездила не реже трех раз в год. Если бы я себе такое могла позволить! Всякие шмотки, побрякушки, гаджеты – только скажи!..

– Ей сколько лет-то сейчас? – уточнил Чигринский.

– Девятнадцать весной исполнилось… – Ирина поморщилась, вспомнив еще кое-что неприятное. – После школы я ее в РАТИ поступила. Хлопот с этим был полон рот, честно вам скажу.

Алика, к сожалению, не в меня оказалась и даже не в свекровь, а видимо, в отца – способности практически на нуле. Но чем-то же заниматься в жизни надо! Вот я и настояла на актерском… Тут я ей хоть помочь смогу.

– А сама она что хотела? – словно бы невзначай поинтересовался Борис Владимирович.

Ирина отмахнулась.

– Да ничего она не хотела! По фигу, куда поступать, лишь бы от нее отстали. Вот я и билась с ней, репетиторов наняла по мастерству, по всем предметам, заниматься заставляла… В общем, пропихнула в вуз с грехом пополам.

И на радостях расслабилась, думала: все, дело сделано. А ее отчислили с первого же курса за неуспеваемость и профнепригодность. Конечно, мне надо было самой ее учебу контролировать… Но я ж не знала!..

– Да уж, вуз для абитуриента – это как замужество для девушки, – усмехнулся Чигринский, отставляя пустую чашку. – Кажется, что главное – сыграть свадьбу, а дальше уже все само собой пойдет.