Имитатор. Книга первая. Увертюра

Потому, должно быть, что, «напоминая», она чувствовала себя неуютно, словно просила об одолжении. В конце концов, если человек не видит очевидного – хотя бы и мусора – значит, ему не до того? Значит, не стоит его отвлекать пустяками? А если потом сердится, значит, заметил, что мусор таки был? И значит, просто не хотел? Тогда тем более – чего приставать с «напоминаниями»? Просить Арина не любила никогда. Что она, беспомощная, сама не справится?

Спору нет, приятно, когда о тебе заботятся и что-то такое для тебя делают.

Но если ты об этом просила, вся приятность почему-то куда-то улетучивается. Какая ж это забота, если о ней просить приходится?

Но, говорят, это такая специфическая особенность мужской психологии – прямолинейность то есть. Может, так, а может, и нет, за годы следственной работы Арина, сталкиваясь с самыми разнообразными персонажами, убедилась, что никакой такой специфически мужской психологии в природе не существует. Равно как и женской, кстати.

Ну если Витальке так противно выносить мусор (раз все время забывает, значит, неприятно), чего огород городить? Арине вовсе не трудно сбегать с мешком до пухто.

Почему Витальку это так злит?

Она еще и разуться не успела, как он процедил – саркастически, почти зло:

– Теперь нагулялась? Или еще побежишь?

Это было так дико, что Арина опустилась на пол прямо там, где стояла. Привалилась к поцарапанной двери, нахмурилась, пытаясь понять: что это с Виталькой такое? Но мысли, вместо того чтоб образовать желанный ответ, лишь вяло кружились внутри черепа, тыкались в лобную кость, как слепые рыбы.

Словно вся накопленная за день усталость вдруг навалилась: ни думать, ни действовать, ни даже дышать…

– Виталь, сделай чаю? – попросила она, глядя снизу вверх.

Он вздрогнул, уставился на Арину изумленно – словно она не чаю попросила сделать, а, к примеру, тройное сальто. Ну и ладно! Она сложила руки на поднятые коленки, уткнулась в них лбом… Вот так хорошо…

Кружка с чаем – темным, красноватым, упоительно пахнущим – ткнулась в ладони минуты через две.

Виталик сел рядом на пол.

– Ариш, я тебя обидел? Прости, а? Ну сорвалось.

– Да ничего.

– Ты тоже пойми. Я ж тебя ждал, в окно увидел, как ты из машины вылезаешь. И не такси это было! А потом еще мешок этот мусорный, будь он неладен! Как будто ты специально на улицу побежала!

– Что-о? Виталь, ты в себе?

– Не очень. Кто тебя провожал?

– Один из оперов подвез.

– Красавец! – сказал Виталик с непонятной интонацией.