Одно чудесное пари

Я еще помню, что простыня – простирадло, пуговица – гудзик. Так смешно, прям не могу!

Эта лингвистическая игра и натолкнула Маричку на мысль, что с Чуней надо заниматься. Ведь девочка ни разу в жизни не была в школе, как же она будет жить, не зная грамоты? Услышав, что ее будут чему-то учить, Чуня сначала напряглась:

– Это еще зачем?

Но старшая подруга понятным и доступным языком объяснила ей, что учиться необходимо.

– Ты ж не хочешь всегда бути, як зараз? Хочешь стать великою, пойти працювати – работать.

А як ты будешь працювати, якщо грамоты не разумеешь?

Чуня подумала и решила, что Маричка права. Она хочет жить по-другому, она всегда этого хотела, просто не представляла как. Надеялась, что обязательно что-то случится, и у нее все наладится, все станет как у всех нормальных людей, будет дом, семья… Как именно это произойдет, Чуня представляла себе весьма туманно. Но ведь произойдет же! А значит, надо и самой что-то для этого делать – стараться, тянуться, учиться.

Так что в свободное от работы время в бытовке нередко можно было видеть, как черноволосая голова Марички и Чунина белокурая всклокоченная головка склонились над тетрадкой.

– Ось, дивись – це плюс, пишеться, як хрестик, – журчал негромкий голос наставницы. Во время занятий с Чуней девушка увлекалась и полностью переходила на родной язык – как дома, когда помогала младшим братьям и сестрам делать уроки.

Не только Маричка, но и ее парень, узкоглазый Адъян (не по годам развитая девочка быстро смекнула, что у них любовь), опекали ее.

Многие на стройке были добры к ней, как женщины, так и мужчины. Кто свой платок отдаст, кто конфеткой угостит, кто просто ласковое слово скажет. Были, конечно, и другие, кто ее просто не замечал или мог прикрикнуть – но обижать никто не решался. Поэтому Чуня так и забоялась, когда за тем ужином узнала от Марички и ее товарок, что у них новый прораб. Прораб – он ведь почти главный начальник на стройке. Вдруг окажется злой дядька, да и погонит ее прочь? А Чуне больше всего в жизни не хотелось покидать «Неваляшку», расставаться с Маричкой, Адъяном, Зухрой и всеми остальными. А если он, и того хуже, ментам ее сдаст?

Так что в первый же день выхода нового прораба на работу Чуня спряталась за углом бытовки и принялась внимательно его рассматривать. По виду дядька показался ей грозным и крутым – здоровый, громогласный, да еще не пешком пришел, а приехал на клевом байке.