Паутина лжи

– Мама, ну что ты плачешь? Ну что в этом плохого? Ну да, противно бывает, конечно… Зато у нас наконец деньги будут и жизнь нормальная. Сколько можно в этой бедности прозябать? А теперь мы с тобой машинку стиральную купим, и телевизор цветной, и шубу тебе…

Но Галина не успокаивалась:

– Деточка, а позор-то какой! Люди-то что будут говорить? И замуж тебя такую теперь никто не возьмет…

– Да плевать я на них хотела, на людей-то! – возражала дочь, но уже не так уверенно.

 – И замуж я не хочу.

– Э нет, дочка, не скажи… – всхлипывала мать. – Это ты сейчас, пока молодая да красивая, так говоришь. А красота – она товар скоропортящийся. О будущем надо думать… Ну, поживешь ты так лет пять-десять, а потом что? И мужчинам будешь не нужна, и на весь город ославишься, все на тебя пальцами показывать будут. Нет, не для того я тебя расти-и-ила… – и она снова заходилась рыданиями.

– Да ладно тебе, перестань! – повысила голос дочь.

 – Не убивайся так. Коли ты так хочешь, я и другой способ заработать найду.

– Уж сделай милость, Лизанька… Не позорь меня.

Дать матери обещание было легко – но выполнить его оказалось значительно сложнее. Как можно устроить свою судьбу жительнице небольшого провинциального городка? Разве что замуж выйти, да за кого? Подруги ее в основном крутили романы с курсантами из вертолетного училища, располагавшегося в их городе, но Лизу подобная перспектива никак не устраивала.

Муж – военный? Нет уж, увольте. В армии сейчас творится черт знает что, денег не платят – а ей нужен обязательно богатый супруг или хотя бы покровитель… Но где ж его взять? В городе всего пятьдесят тысяч человек, все состоятельные люди – бандиты и предприниматели – известны наперечет и давно разобраны, жены и любовницы к ним молодую соперницу и на шаг не подпустят… Надо искать еще какой-то вариант.

Жили Лиза с мамой на окраине Торжка – города со старинной историей, славящегося пожарскими котлетами, златошвейной фабрикой да многочисленными заводами вроде знаменитого вагоностроительного. Однако на завод Лизе совсем не хотелось, а в златошвеи, может, и пошла бы, да не возьмут – таланта не было, рисовать совсем не умела. Так что оставалось только одно: древняя история, которая привлекала туристов, даже иностранцев.