Обняться, чтобы уцелеть

Но только не нынешний Леонид Голубев в возрасте под шестьдесят, крупный промышленник, владелец огромного холдинга, шикарно одетый, в стильных очках, обрюзгший, с морщинами, поредевшими седыми волосами и выпирающим животом, а тот Леня, которым он был более четверти века назад – худой, с пышной шевелюрой и застенчивой улыбкой, в джинсах «Леви Страус» и в тонкой ярко-синей синтетической водолазке, Валечка называла ее цвет васильковым. Точно, эту водолазку подарила Валя на тридцатилетие, они тогда еще только-только поженились! А джинсы привез из-за границы дядя Саша, друг отца… И вот этот самый Леня, в этих самых новеньких джинсах и водолазке, которые давно уже где-то сгнили, теперь открывал дверь в стене напротив и входил в комнату с выражением любопытства на свежем молодом лице.

– Едрена мать! – ахнул Голубев.

Встревоженная охрана тотчас кинулась к нему.

Олеся попыталась их успокоить:

– Извините, я еще не успела предупредить… Это зеркало, о котором я говорила.

Зеркало. Это действительно было зеркало, огромное, занимавшее чуть ли не полстены, обрамленное резной дубовой рамой, широкой, в две ладони, как на старинных картинах. И тот, кто померещился Голубеву в зеркале, был просто отражением, но отражением, словно переносящим его владельца на четверть века назад. «Черт, этого же не может быть! Я что, схожу с ума?»

Голубев зажмурился и прислонился к стене.

– Что с вами, Леонид Николаевич?

– Вам плохо?

– Вызвать врача?

– Блин, тут даже присесть некуда!..

Он открыл глаза и сделал успокаивающий жест.

– Тихо, ребята, все нормально!

Повернулся к девушке и проговорил, извиняясь:

– Голова слегка закружилась. В мои годы, знаете ли, это бывает… Давление, сосуды не в порядке… Вы, Олесечка, даст бог, еще долго с этим не столкнетесь… Вам ведь года двадцать три?

– Двадцать четыре.

– Ну, вот видите… В вашем возрасте люди еще не понимают, что значит слово «здоровье»…

Леонид говорил и говорил, пытаясь отвлечься на пустую болтовню, а сам все не решался вновь взглянуть в зеркало – что-то отразится в нем на этот раз?.

– Вам правда лучше? Может, все-таки врача? – Тревога и участие на ее лице казались искренними.

– Не беспокойтесь.

И он все-таки отважился. Сгруппировался внутренне, точно перед прыжком в холодную воду… и снова заглянул в зеркало.