Шапка live, или Через тернии в звезды

 – Так-с, платье есть, туфли есть, болеро есть, пояс взяла, сумочку… что еще нужно-то?

Волк издал тихий звук, в котором разве что Дроздов[4 - Николай Николаевич Дроздов – советский и российский ученый-зоолог, доктор биологических наук, общественный деятель, теле- и радиоведущий.] смог бы опознать приглушенный волчий вой. Красная Шапочка вздохнула:

– Зануда ты, вот ты кто. Надо сказать продавцам, чтобы все упаковали.

– Скажу, – пообещал Волк, направляясь к кассе.

– Стоп! – это слово Владимир тоже слышал уже раз в двадцатый, потому тут же скорчил страдальческую мину.

Волк облегченно вздохнул.

– Триста семьдесят пять пятьсот, – мило улыбнулась кассирша, явно заигрывая с Волком. – Будете платить наличными или карточкой?

– У нас есть и обыкновенная «Виза», и дисконтная, посчитайте. – Волк нетерпеливо сунул девушке золотые карточки.

– Недостаточно средств, – все так же мило улыбнулась кассирша.

– То есть это как это? – опешила Красная Шапочка.

– Много не хватает? – уточнил Волк, перегнувшись через стойку кассы и дружелюбно ощерившись.

– Т…тринадцать тысяч девятьсот девяносто восемь, – ответила кассирша, улыбка которой при виде нависшей над ней волчьей пасти испарилась, как должник при виде коллектора.

– И что же делать? – растерянно спросила Красная Шапочка, глядя на Волка.

– Вы можете не брать туфли, – поспешила ответить кассирша. – Или пояс.

– Идти на кинотусовку без блестящего поясочка под болеро? – ужаснулась Внутренняя Богиня.

– Да ладно, – пожала плечами Девочка-девочка. – Разве это важно? Важнее настроение и добрая улыбка.

– По правилам стильности поясок может быть и без перламутровых вставок… – начал Разумей Занудович… и замолчал.

В глазах Красной Шапочки заблестели слезы отчаяния, она всхлипнула и пошатнулась, намекая на приближающийся обморок.

– Держим себя в руках! – решительно произнес Волк, запуская лапу в задний карман своих джинсов.

– Семнадцать тысяч шестьсот.

– А со скидкой? – уточнил Волк.

– Семнадцать тысяч сто девяносто восемь.

– Тогда пробейте его отдельно, – сказал Волк, выгребая из бумажника практически все его содержимое.

Пока кассирша выбивала новый чек, Волк задумчиво считал наличность. Наконец он спрятал в кошелек пару сотенных бумажек, ссыпал в карман горстку мелочи, а остальные деньги отдал кассирше.