Верь в меня

 – Просто мне нужен человек, который, наконец, донес бы до людей правдивую историю обо мне, оставив в покое все эти обличительные байки, которыми вы так привыкли отгораживаться от реальности немного более сложной, чем четыре действия арифметики.

Образовавшаяся в разговоре пауза заполнялась теми же уютными звуками, словно естественнее их ничего быть не могло.

– Но почему именно я? – пробормотал наконец Денис. – В мире есть сотни… да что там, тысячи тысяч писателей куда удачливее… куда известнее меня! Талантливее, в конце концов! Которые всегда на виду, к мнению которых прислушиваются, чьи книги и выступления с нетерпением ждут… Почему?!

– Хороший вопрос, – точно только его и ждал, благожелательно кивнул собеседник, щурясь на клонящееся к закату солнце.

 – Почему именно ты? Я мог бы сказать, что у тебя, хм, талант, и это правда, но талант есть у многих, и большинство просто зарывает его в землю. Я мог бы сказать, что у тебя есть хорошая такая упертость, упоротость, как говорит молодежь, – и это тоже правда. Ты все замечаешь, хотя на многое прикрываешь глаза, а вмешиваешься лишь изредка. А еще у тебя есть амбиции, и ты не стесняешься их. Ты не лжешь – ни себе, ни читателям, не стесняешься называть вещи своими именами и не комплексуешь от того, что у тебя есть некие желания, считающиеся «неблагородными». Например, прославиться. Заработать денег. Утереть нос задаваке тестю, правда?

Денис молча кивнул, и его новый знакомый продолжил:

– Ты не испорчен славой, признанием и деньгами.

Ты не привык продаваться и принимать позу «чего изволите, барин», как «именитые» писатели. И умеешь хранить чужие секреты. То, что ты неизвестен широкой публике, это как раз твой плюс. Имена, которые на слуху – это уже своеобразный штамп, клише, от которого этим знаменитым никуда не деться. Любые их книги читатель примет с восторгом и энтузиазмом, но при этом обесценится сама суть того, что должно дойти до сердца читателя. Публика воспримет их роман как очередное фэнтези, к ним не отнесутся серьезно. Те, кто популярны, работают на уровне Свадхистана-чакры, прости за грубость и откровенность. Они не проникают в душу, не касаются ее струн, они не могут ничего изменить в ней. Слепые поводыри слепых, они не способны понять других, потому что у них нет смелости пристально заглянуть в глубины собственных душ! Увы, мы создали их такими, это плод нашего кропотливого труда по превращению книги из сакрального артефакта в копеечный ширпотреб.