Вкус жизни

С Таней Наташа проводить время подобным образом не могла – та была глубоко равнодушна к театрам и выставкам. Из всех видов искусств ее привлекали только сентиментальные сериалы и прикладной дизайн – что Таня по-настоящему любила, так это прогуляться по магазинам. Но тут уж Наташа старалась пореже попадаться ей под руку: ассортимент вещевых рынков типа несокрушимо-вечной, как египетские пирамиды, Апрашки, ее не прельщал, а покупки в галереях и бутиках Татьяна не могла себе позволить. Поэтому с ней Наташа, как правило, ходила только по магазинам недорогих товаров для сада и дома.

Там можно было найти что-то подходящее для обеих, не уязвляя друг друга очевидной разницей бюджетов.

Катин взгляд на Наташин развод был диаметрально противоположен Таниному. Вникнув в подробности, как человек прямой и не склонный путано формулировать то, что можно сказать простыми словами, она прямо заявила подруге, в чем именно та сама виновата.

– Во-первых, нельзя полностью зависеть от мужика.

Всегда надо что-то и собой представлять, что-то делать самой, чтобы иметь возможность в случае чего самостоятельно себя обеспечивать. Вот как сейчас у тебя получилось. Жизнь – штука непредсказуемая, и надеяться можно только на себя. Ты ведь об этом не думала? Разумеется, нет. Всю жизнь прожила у мужа на иждивении, не развивалась, никак себя не реализовывала – вот и осталась у разбитого корыта. А во-вторых, признайся, Наташка, ты же давно знала, что у Алексея кто-то есть. Ты ведь умная баба, хоть и домохозяйка. Знала – и молчала, терпела, делала вид, что ничего особенного не происходит. Но разве можно настолько себя не ценить, не уважать? Где твое чувство собственного достоинства?

Слушать такое было ужасно обидно. Но и не признать Катину правоту Наташа не могла. Да, все так и было – молчала, делала вид, закрывала глаза. Но разве ее совершенно понятное искреннее желание сохранить семью уравнивает их с Алексеем в ответственности за происшедшее? Так Наташа не считала.

И в этом Катя была с ней согласна.

– Слизняк он трусливый. Ссаная тряпка, а не мужик, – заявила она, снова не утруждая себя поисками дипломатически выверенных выражений. – Вот уж никогда не подумала бы, что Лехе элементарно духу не хватит сделать все по-людски. Ну, разлюбил ты свою прежнюю бабу, на другую глаз положил… чего уж теперь? Всяко бывает. Так честно ей и скажи, разведись, а потом уже женихайся по новой.