Слуга государев

Все ее золото и украшения уже лежали на столе. Она подняла глаза на де Брезе:

– Шевалье, мне придется бросить карты? У меня ничего не осталось.

Молодому человеку, знавшему карты соперника очаровательной кокетки, не составило труда сделать правильный выбор. Насмешливо глядя на графа, он снял с шейного платка красивую брошь с алмазами, не уступавшими по своей цене перстню графа, и положил рядом в качестве ставки.

– Ничего не бойтесь, мадмуазель, выигрыш ваш.

У Монтеррас от волнения вспыхнули щеки, и она еле слышно пролепетала:

– Господи, я вся горю, – и добавила чуть громче, – вскрываемся.

Ла Буш скривился в усмешке. Последняя ставка решила исход партии. Графу осталось только вскрыть карты. Он медленно, одну за другой выложил их на стол и откинулся в кресле. Вокруг стола одобрительно зашумели: карты были неплохие – три короля и туз с десяткой. Но карты у де Монтеррас оказались сильнее: три валета и две восьмерки.

У придворных вырвался возглас удивления. Выигрыш был столь значителен, что с этой минуты де Монтеррас грозило стать жертвой не только сплетен, но и зависти. Придворные дамы продолжали щебетать.

– Боже мой, для этой бедняжки это целое состояние.

Мадмуазель де Монтеррас, все еще не веря невероятному выигрышу, воскликнула:

– Да на это можно купить целый замок!

Граф поклонился сопернице и кисло улыбнулся:

– Небольшой такой.

Де Брезе, нагнувшись поцеловать руку счастливице, произнес:

– Надеюсь быть в нем первым гостем.

Наблюдавший за его любезностями герцог Орлеанский сквозь зубы процедил де Гишу:

– Где первый гость, там и второй.

Де Гиш ухмыльнулся и прибавил к изречению приятеля:

– Занимайте очередь.

Задуманный план отдалить де Брезе от короля начал осуществляться, оставалось лишь поставить точку.

Герцог окликнул проходящего мимо де Ла Буша и пригласил знаком присоединиться к их компании.

– А де Брезе-то сегодня блещет остроумием, – сказал он подошедшему графу.

Де Гиш подхватил мысль герцога:

– Да-да, эта шутка по поводу женских украшений, – герцог, многозначительно посматривая на де Монтеррас, которая вернула де Брезе его брошь, нарочно растягивая каждое слово, изрек: – Шутка удалась, а счет-то остался неоплаченным.