Генри Смит и королева

 – И со всего размаха врезался в внушительный живот санитара.

Возникла свалка. Сумасшедший пацан визжал, санитар крыл всех матом, от удара согнулось стекло.

Генри Смит под кроватями, как профессиональный диверсант, подполз к выходу. Еще усилие, и он оказался в коридоре. Но вообще то, психушка устроена таким образом, что из нее очень трудно сбежать. Вот и Генри, пробравшись по коридору, наткнулся на бронированную дверь. Шитая металлом и ватой, она казалась неприступной. Смит стал вспоминать заклинания.

Те, что способны отворить ворота в любую твердыню. В голове мелькали различные образы. Наконец, он остановился, щелкнул пальцами, и начал читать:

– Уганорими кдохайме, проктарими, ушугухума!

Двери задребезжали и открылись, под беспрерывным магическим напором. Генри шепнул:

– Свершилось!

Теперь он оказался на лестничной площадке. Генри оглянулся, плавно закрыл за собой дверь. Похоже, его уход не замечен. Тем лучше, надо спускаться вниз. Одно дело, сбежать отсюда, другое, из тюрьмы ФСБ, это куда сложнее.

Не которые блатные больные имеют право свободного выхода, но они, как правило, ходят в своей одежде. Плохо, что Смит в казенной пижаме. Так его никто не выпустит. А вот, кажется, идет пациент. Такой важный тип, одетый как последний стиляга. В руках бутылка дорого пива, явно блатной, хотя и малолетка. Тем лучше! Можно вырубить и забрать его одежду. Кулаками драться Генри не особенно приучен, но вот на бутылках, почему и не сразиться.

Он стал шептать заклинание, усиливающее действие алкоголя в пиве. В общем, это не сложно, даже палочка волшебная не нужна!

Пацан поднимался по лестнице и пел:

– А я, великий секс-символ! Я круче всех! Я великий секс-символ! В жизни жну успех!

Генри пробормотал:

– Улюксия, милладежер, спонка!

Тип глянул на его, сверкнул культовыми очками, на которых отсвечивался ядерный взрыв.

– Ты кто, кент?

– Я великий волшебник Генри Смит.

– Вот прикол! Может ты «вафел»? Докажи!

– Я так тебя закодирую, что ты не сможешь пить! Акуна матара! – Генри повел руками, словно колдуя.

– Черта с два! Я смотрящий Москвы, меня никакая магия не возьмет. – И подросток демонстративно присосался к бутылке. «Полторашка» блестела, на ней светился качек с дико накрученным автоматом. Вообще, там было градусов шестнадцать, так что могло свалить малолетку и без магии.

Дико выпятив глаза, крутой пацан глупо икнул и отрубился.