Дзынь

Культя не имеет никаких физических повреждений, что весьма необычно. Пациент поступил в шоковом состоянии, хотя на физическую боль не жалуется. Возможно, травма получена давно, и судя по идеальному состоянию культи, над ней тщательно поработали хирурги-косметологи. Записываешь, Джованни?

– Да, патрон, да… На физическую боль не жалуется… В отличном состоянии…

– What’s your name?[11 - Как вас зовут? (англ.)] – слегка успокоившись спросила Эрика у успокаивавшей её девушки.

– Карла, – ответила Карла и, еще крепче обняв Эрику, добавила, – Oh, my dear…[12 - О, моя дорогая… (англ.

– I am Erica,[13 - Я – Эрика (англ.)] – представилась Эрика и заговорила:

– It’s our honey moon, you know… We’ve been walking all night. And then in the morning… That keyhole, you know…[14 - Это наш медовый месяц, понимаете… мы гуляли всю ночь. И потом утром… Эта замочная скважина, вы знаете… (англ.)]

– Да, да… Замочная скважина, – подтвердила Карла, поглаживая Эрику по голове. – I know.[15 - Я знаю (англ.)]

– And then we walked down the hill… And that place… That portico and that mouth…[16 - И потом мы спустились с холма… И то место… Тот портик и те уста… (англ.

– Mouth of truth, I know,[17 - Уста истины, я знаю (англ.)] – Карла договорила за Эрику, которая опять прослезилась.

В регистратуре зазвонил телефон. Старшая сестра Лючия взяла трубку.

– Карла, – прозвучало после трёхсекундной паузы, – твой Карл.

Карла встрепенулась и сказала Эрике:

– Ой, прости, Эрика. Я на минутку.

Эрика, отпуская Карлу, посмотрела своим заплаканным веснушчатым лицом в окно, а за окном пальмы, их любимые деревья, её и Эрика.

«Как он там…» – думала Эрика, приходя в себя.

«Я всё равно буду любить его, но как он будет работать теперь, одной рукой?» – думала Эрика.

– Ну что, всё готово?

– Да, патрон!

Джованни протянул выписной лист патрону.

Патрон читал писанину Джованни не без улыбки:

– Да, Джованни, ты неисправимо безграмотен.

– Главное – смысл. Правильно, патрон? Вы меня так учили.

– Да, Джованни, они всё равно ничего не поймут. И ещё, Джованни, держи свой рот на замке. Всё странное, что случается в Риме, должно оставаться тайной.

– О да, патрон! Понимаю… – с детской загадочностью в глазах согласился с патроном Джованни.

Карла, поговорив по телефону, вновь направилась к скамье, на которой сидела Эрика и смотрела в окно на пальмы.

– Эрика, – обратилась к Эрике Карла. – Мой жених из Австрии передаёт вам свои соболезнования.