Оружейник. Книга вторая. Бой без правил

Пока Главный рассказывал, я следил за тобой. У тебя, друг любезный, все на роже было написано.

– Вот сейчас ты на меня всех дохлых собак повесишь, – спокойно, без всякой обиды парировал Леший. Его вид, его печально-усталое спокойствие заставили меня устыдиться собственной горячности.

– Прости, Андрюха, я не то хотел сказать, – пришлось поспешно извиниться.

– Да теперь-то чего уж…– задумчиво протянул Загребельный. – После драки кулаками не машут.

– Расскажи, – попросил я. – Главный сказал, что виновниками всему этому… – тут я красноречиво обвел взглядом едва различимые в темноте стены заброшенного бомбоубежища, словно это была крошечная модель всего нашего погибающего мира, – …что виновники мы, люди.

– Я думал над его словами, – кивнул Загребельный. – Конечно сложно сказать что бы там и как было дальше, не вмешайся ханхи, но заваруха намечалась конкретная.

– Даже так? – я удивленно приподнял бровь.

– Именно, – подполковник ФСБ тяжело вздохнул.

 – Когда началось вторжение, я, честно признаться, даже вздохнул с облегчением. Только борьба с внешним, общим для всех стран и народов врагом могла остановить все это безумие.

– Да говори же, черт тебя побери! – все эти хождения вокруг да около мне уже порядком начали действовать на нервы. Требовалась конкретная информация и желательно побыстрей.

– Ладно уж, слушай, – было видно, что Загребельный решился, сорвал со своей памяти печать с надписью «Совершенно секретно» и впервые поведал постороннему то, о чем был должен молчать до конца своих дней.

Глава 2

Леший задумчиво глядел на горку светящихся голубых кристаллов и медленно говорил. Казалось, что эти таинственные артефакты магическим образом контролируют его сознание, своим мерцанием задают ритм его голосу. Все это, конечно же, было не так, и магии в истории, которую излагал подполковник ФСБ, присутствовало даже меньше, чем в строевом уставе.

– На самом деле события развивались несколько иначе, чем их описывал Главный.

 – Вспоминая прошлое, Андрюха поморщился, словно препарировал мерзкую протухшую жабу. – Да оно и понятно. У Главного вряд ли имелась возможность распутать весь этот клубок. Чтобы понять все происходившее тогда, надо быть человеком, мыслить как человек, знать нашу суть и глубину того безумия, в которую мы готовы низвергнуть себя и весь свой мир.

Я слушал не перебивая.