Звездная пыль калибра 5,56

Чтобы не ударить в грязь лицом, Марк ответил вопросом на вопрос:

– Наверно, тяжело все это волочить на себе?

– Ничуть не тяжелее, чем таскать на голове вот этот аквариум.

Аквариум? Хорошая шутка. Почти по-земному. Грабовский только сейчас понял, что не снял боевой шлем. Может быть, это невежливо?

Встряхнув не по-уставному отросшими вьющимися волосами, лейтенант поискал место, куда бы пристроить шлем, да и самому не грех бросить кости. Как говорил Николай: «В ногах…»

– «…правды нет», – закончил за него Мастер.

Мрачная личность подошла к одной из стен и пробежалась когтистыми пальцами по клавишам сервисной системы. Через мгновение в комнате засветились силовой стол и три силовых кресла.

«Дюваль был прав. Мысли читает что надо, – соображал Марк, поудобней устраивая свой зад на жесткой сидушке, которую создало сверхконцентрированное магнитное поле. – И когти у него побольше и покрепче, чем у Дэи… Стоп! Надо себя контролировать, а то еще чего доброго сболтну или, вернее, подумаю лишнее».

Несколько минут царило молчание. Посланцы разных миров просто сидели и дырявили друг друга взглядами. Марку это занятие быстро надоело.

– Великий Мастер, ты звал меня?

– Звал, – ответ односложный и ничего не объясняющий.

– Зачем?

– Чтобы ты помог мне, Галактике и своей родной Земле. – Мастер пристально посмотрел на лейтенанта. – Ты ведь с Земли?

– С Земли, но я обычный человек. Чем я могу помочь? Вы вроде бы и так неплохо справляетесь.

 – Марк выразительно глянул через прозрачную стену. – Кстати, может, расскажете, что такого стряслось на Агаве во время моего непродолжительного отсутствия? Почему произошел раскол в рядах морунгов? Почему часть из них перестала убивать и даже поступила к вам на службу?

– Раскол, говоришь… – Припоминая что-то личное, Мастер хмыкнул. – А никакого раскола и не было. Морунги – они как вещи, бывают только двух видов: хорошие и плохие. Плохие так плохими и помрут, а тех, кого сотворили хорошими, никогда не перейдут на сторону зла.

«Ну что ж, очень простая и логичная теория, – подумал Грабовский. – Главное, все объясняется. Раньше в Лабиринте Жизни сидел плохой дядя. Он там, как на прессе, штамповал таких же, как и он сам, гадких морунгов. Потом появился добрый Мастер. Он грохнул злодея и наладил свое производство. Только теперь его фабрика выпускает доброкачественный товар. А брак? Ну, что с ним поделать? Приходится терпеть.