Скалолазка и мертвая вода

– А вообще, неплохо живут этнографы во Франции, – произнесла я, обводя взглядом зал.

– Это все наследственное, – ответила она, прожевав. – Семья Анри владеет сетью горнодобывающих компаний.

И запихнула в рот еще один бутерброд. Они такие маленькие, что даже кусать не нужно.

– Для горнодобытчиков – слабенькое здание, – сказала я. – Даже на нормальный фундамент денег не хватило.

Вера выпучила глаза, внутри нее что-то заклокотало. В следующий момент она фыркнула от смеха и обдала меня фонтаном черной икры.

Я замерла с открытым ртом.

– Ну, спасибо, подруга! – заявила я, вытирая с лица крохотные пузырьки, которые лопались от прикосновения. – Могу теперь хвастаться в архиве, что купалась в черной икре.

Вера виновато смотрела на меня.

– Не переживайте так сильно, – раздалось за спиной. Я повернулась и обнаружила перед собой невысокого француза с буйными, кучерявыми волосами.

Жаке было уже под сорок. Выглядел он подтянутым, лицо загорелое, угловатое тело облачал фрак, на груди сияла какая-то звезда с лентой.

Не этнограф, а целый маркиз!

– Здравствуйте, Вера! – произнес он. – Очень рад, что вам удалось прилететь! Без вас праздник не был бы полным… – Он повернулся ко мне: – Вы, наверное, подруга Веры?

– Нет, призрак отца Гамлета, – недовольно ответила я. Несколько слипшихся икринок отвалились от щеки и шлепнулись на паркет.

– Пожалуйста, не переживайте из-за этого недоразумения. На втором этаже есть туалетная комната, там вы сможете привести себя в порядок.

Я не знала, куда глаза спрятать от стыда.

– Меня зовут Алена Овчинникова.

– У вас очень оригинальное платье, – произнес он, легко пожимая мою руку, измазанную в черной икре. – Особенно интересен этот разрез.

Я поняла, что он говорит про трещину на бедре. Вот проклятье! Срочно нужна английская булавка!

– Так где, говорите, туалетная комната? – спросила я.

На второй этаж особняка вела широкая мраморная лестница. Я вбежала по ней, прижимаясь к перилам.

Второй этаж оказался таким просторным, что в нем запросто можно было заблудиться и забыть о цивилизации.

Как Робинзон Крузо на необитаемом острове… Где здесь туалетная комната? Какие-то коридоры, двери… Статуи и бюсты неизвестных мне личностей… Опознала только Вольтера.

Ни одного слуги, который мог бы указать место, где можно глянуться в зеркало, соскрести с лица несостоявшееся рыбье потомство, умыться и припудрить щечки. Что за безобразие такое!

Я шла по коридору, выковыривая из волос икру.