Скалолазка и мировое древо

Это моя вина, я не отрицаю. Но я клянусь, что отработаю! Я могу снова полететь в Камбоджу!

– Снова? – устало переспросил он.

– Да, да! Я опять проберусь в храм, выкраду мощи. Правда, у меня закончились деньги… Арнольд, понимаете, мне очень нужна эта тряпица, которая находится у вас. Она ведь у вас?

– У меня, цыпочка, у меня. Только что же мне с тобой делать?

– Поверьте мне. Вы меня не знаете, но многие люди, которые знакомы со мной, могут подтвердить, что я всегда держу слово. Мне очень нужна тряпица, вы даже не представляете, как она мне нужна! Я много месяцев искала ее по всем музеям и запасникам, а она, оказывается, находится у вас.

Если бы вы отдали мне ее в качестве задатка…

Свернутая в свиток тряпица вдруг появилась у Арнольда в пальцах. Кусок ветхой ткани, перевязанный шелковым шнурком; на изнанке просвечивали чернила, которыми написан текст.

– Странно ты рассуждаешь, – задумчиво сказал он, вращая свиток и гипнотизируя меня им. – Задание провалила, а бонус спрашиваешь.

– Вы не представляете, как мне нужна эта тряпица! У меня мама…

– У всех мама! – оборвал он и замолчал. – Да ладно, мне-то она совершенно не нужна. Держи!

Свиток вдруг оказался у меня на коленях. Я нерешительно прикоснулась к нему.

Неужели? Я не верю!

– Вы даже не представляете… Спасибо, Арнольд! Не знаю, как вас благодарить!

– Не нужно благодарить.

На короткий миг свет померк перед глазами. Кто-то схватил меня за волосы и заломил голову назад, через спинку сиденья.

Все произошло настолько неожиданно, что мне казалось, будто я все еще вижу заветный свиток у себя на коленях.

Режущая боль в скальпе привела в чувство. Свет вернулся в глаза. Я смотрела на мелькающие над дорогой фонари – все, что было позволено видеть. Поза такая, что не пошевелиться и не рыпнуться. Человек на заднем сиденье сильно тянул за волосы, но, видимо считая это малоубедительным, приставил еще к горлу лезвие.

– Вот такие дела. – прокомментировал Арнольд, забирая тряпичный свиток с моих коленей.

Краем глаза я заметила, как свиток отправился обратно в карман. – А лихо ты гнала пургу про гиббона и монахов. Я даже поверил… Но ты, девочка, не с теми связалась, кому можно окучивать лопухи. С «таганскими» такие кренделя не проходят, усекла? Особенно когда их выписывают козявки вроде тебя!

Человек на заднем сиденье рванул за волосы. Я взвыла от боли. Как я не заметила его? Очевидно, прятался, когда я садилась в машину.