Шум, жена и скатерть. Повесть

Он звенел колокольчиками в хрустальных люстрах, поскрипывал в пружинах кровати, шуршал веткой по оконной раме… Никогда потом она не говорила так, как в ту ночь. Так много и сладко.

Мальчишка в форме «Макдональдс» пробежал к автофургону, чуть не отдавив мне ноги. Останавливаюсь… Почему о н не был на похоронах? Пищу кнопками мобильника. Прохожие обтекают меня справа и слева. Неправильно. Сбрасываю и набираю снова.

– Паршуков слушает.

– Здравствуйте.

Молчание.

– Сегодня были похороны Ирины.

Молчание.

– Похороны моей жены.

Он приносит соболезнования.

– Это правда, что убийца всегда присутствует на похоронах?

Молчание.

– Почему же вы не явились на похороны? Ведь был верный шанс увидеть убийцу.

Он откашливается.

– Я заслуженный работник юстиции. Поверьте, что я знаю, как мне следует действовать.

– Ну, допустим. А вы знаете, что за нами наблюдали через подзорную трубу?

Молчание.

– И ещё: вот только сейчас мужчина указывал на меня пальцем из проходящей машины и что-то говорил напарнику.

Молчание.

– Машина чёрная. Стёкла тонированные, но не очень сильно. – Я останавливаюсь, поражённый. – Эх!.. Я не догадался посмотреть номер.

– Я ещё раз приношу вам свои соболезнования. Вы сегодня схоронили жену. Поезжайте домой. Выпейте стакан водки и выспитесь хорошенько. У вас в доме тепло?

– Почему вы всё время задаёте какие-то… – смягчаю определение, как только могу. – Какие-то… Непонятные вопросы. Тепло ли, холодно…

– Послушайте меня. Сделайте так, как я говорю.

И, пожалуйста, не нервничайте.

– Вам легко говорить: «Не нервничайте»! Прошло уже несколько суток, а вы всё не можете найти… Не можете выбрать из нас четырёх! – кричу я уже почти во весь голос.

– Не всё так просто, как вам кажется. Извините, у меня масса дел.

Он вешает трубку. Наискосок через дорогу краснеет вывеска «Трактир у Саныча». Водитель белой «Ауди» вякает своей сиреной, но мне на него наплевать. Вискарь у Саныча отвратительный, и я требую рюмку текиллы.

Половой не успевает отвлечься, как мне уже нужна вторая. Третья задерживается лишь потому, что мне ни с того ни с сего приходит в голову сыграть в бильярд. Маркёр – девушка в белых лосинах – смотрит на меня с сомнением, и я делаю двойную ставку. Партия моя, но это совсем не радует, и я беру бутылку текиллы. Маленькую, для начала. От выпивки девушка отказывается, и я даю ей на чай, притворившись, что забыл о том, что уже делал это. Она берёт как ни в чём не бывало.