Заморская Русь

Посмеиваясь над Прошкой и раззадоривая Ульяну, приговаривал:

– Промышленные на островах зарабатывают столько, что весь гостиный двор могли бы купить.

Видя, что Прохор не ревнивец, за Ульяной пробовал ухлестнуть Васька Котовщиков и однажды, спозаранку, вернулся в казарму с синяком под глазом. Следом, высоко держа голову с красными пятнами на щеках, вошла Ульяна. Спала она на одних нарах с мужчинами, отгораживаясь занавеской, а то и так, между Прошкой и Терентием. Вставала первой, долго зевала и потягивалась, ожидая, что кто-нибудь затопит печь.

Но встав, уже веселей начинала стряпать.

В Иркутске, еще не сошел синяк под глазом Васьки, за столом завели разговор о заводских нравах. Котовщиков возьми и ляпни, косясь на Ульяну:

– У нас что ни девка, то бл… Бергалки родятся сверленными.

Ульяна вытряхнула со сковороды на стол очередной блин, перехватила ее тряпицей да как звезданет Котовщикова под другой глаз.

Перед Масленой она влетела в казарму, будто сорвалась с медвежьих когтей.

Прошку звала названым братцем, Терентия величала по батюшке, ко всем работным обращалась с улыбкой и поклоном. Ездила на рынок, присмотрела в торговых рядах сережки. А приказчик как на грех, оговорился, что к празднику дадут денег.

– Сколько? – спросил Прохор, прощаясь с надеждой рассчитаться за новые ичиги.

Вместо ответа Ульяна и вовсе засияла:

– В церкви у приставихи видела, ну такие…

«Хоть бы целковый на праздник остался», – чертыхнулся Прохор и с обидой вспомнил деда, присоветовавшего взять девку: весь год припоминала она ему обещанные сережки.

– Семнадцать ассигнациями! – И, видя, как полезли под шапку брови у братца названого, пожала плечами. – Займи у Терентия, зачем ему деньги?

После обедни в казарме накрыли столы. Промышленные и работные, чистые телом, облегченные духом после исповеди, приодетые и чинные, степенно помолившись, расселись по лавкам: тобольские по одну сторону, иркутские – по другую, барнаульские – особо.

Приказчик привез бочонок пива – дар от хозяина артели, и собирался уже сказать приветное слово, сообщить о снаряженном обозе, скором отъезде на Лену. Тут уточкой вплыла в казарму Ульяна в новом сарафане и козловых сапожках, голова алой лентой повязана, в ушах сережки, будто звезды, щеки нарумянены, брови и зубы чернены по моде дворянских бабушек, нынешних купчих и мещанок.