Один день с ними

Ответила Лилия Андреевна и удалилась.

Татьяна Михайловна уселась поудобнее, в рабочее кресло. Сделала маленький глоток из большой чашки и открыла папку.

Внутри было всего два листа. На первом было написано следующее:

«ЗАО «КлабРус» с 1991 года является полноправным преемником НК С.С.С.Р. Всё имущество, счета, финансовые обязательства являются неделимой собственностью ЗАО «КлабРус». Данная компания находится в прямом подчинении у восьмого управления центрального аппарата. В следствии чего вся деятельность и документация ЗАО «Клаб Рус» охраняется государственной тайной».

Фамилии и подписи внизу листка, ровно, как и круглая синяя печать то ли набраны были неразборчиво, то ли затёрлись от времени.

На втором листке был список фамилий. Финансово подотчётных новой структуре. Под четвёртым номером значился сегодняшний посетитель – Вамдаев.

Татьяна Михайловна была из тех женщин, которым дважды повторять не надо. Чуть повернув голову влево, она сказала:

– Что думаешь?

– Думаю, попал мужик.

Покатался на саночках пора их и в гараж сдавать. Соображать надо было, когда с системой в союз вступаешь. Это как в чужой семье при разводе. Всегда найдутся охотники за алиментами. Будут даже те кто лишь мечтал о сексе с конкретной матерью. Давай ка с ним построже. Не миндальничай.

Татьяна Михайловна нажала на кнопку. Щелчок. Дверь приоткрылась.

– Вамдаев войдите.

Тот вошёл. Кепка в его руке была сильно измята и казалось, что она уже не распрямится никогда.

– Скажите, удалось узнать? Ошибка?

– Да я всё выяснила. Ошибки нет. Сумма именно такая.

– Странно. Произнёс Вамдаев. Тухло и грустно.

Татьяна Михайловна, несколько театрально подняла принесённую Лилей папку со стола и сказала:

– Тут я, когда знакомилась с вашим делом, наткнулась на аббревиатуру С.С.С.Р. Что это?

– О, промолвил Вамдаев. Сейчас на меня не давит подписка о не разглашении. Ни страны такой, ни нашей конторы больше нет. Посему извольте. Расскажу.

Татьяна Михайловна любила слушать такие живые истории посетителей.

Особенно в первой половине дня. Между завтраком и обедом многое легче переваривается. Эти истории всегда такие трогательные, с причудливыми подробностями. Прям театр без микрофона. Прям вот здесь. И так как на мониторе, на котором была проекция коридора, никого из новых посетителей не было она, пока не остыл кофе, с готовностью покорного слушателя обратила весь свой слух на рассказ посетителя.