Кровь танкистов

Не отрывая взгляда от ветрового стекла – ну, реально ж страшно с такой безумной скоростью-то нестись! – танкист нащупал аппарат и, на миг скосив взгляд, чтоб не перепутать кнопки, принял звонок.

– Лейтенант, мы уже рядом. Через пару минут будет развилка, там пост ГАИ, такая двухэтажная стеклянная будка с буквами сверху, не ошибешься. Увидишь – сразу тормози, но близко не подъезжай, остановишься, где гаишник укажет. Как девушка?

– Жива, – сухо ответил Краснов, бросив взгляд на заднее сиденье. – Нужны врачи.

Срочно.

– Все готово, – не менее сухо ответил полковник. – Не психуй. Держи себя в руках, танкист.

– Хорошо, – не сбрасывая вызова, Василий положил телефон обратно на сиденье, высматривая впереди обещанную двухэтажную будку. Ага, вот и она, над крышей горят здоровенные неоновые буквы «ГАИ». Вот только на достаточно широкой развилке, где сходились (или расходились, смотря с какой точки зрения смотреть) три ведущих к районным центрам шоссе, не было ни единой машины, кроме припаркованного под этой самой будкой бело-синего милицейского автомобиля с потушенной мигалкой.

Стоящий у края дороги милиционер лениво отмахнул светящимся полосатым жезлом: тормози, мол. Еще не до конца понимая, что происходит, Краснов послушно сбросил скорость, припарковывая автомобиль у обочины. Согласно памяти Захарова, именно так и положено реагировать на команду регулировщика. Кстати, там, в его времени, регулировщики тоже имелись. Правда, в основном женского полу и без подобных жезлов в руках, зато с двухцветными флажками.

Один означал «вперед», второй – «стоп, пропусти колонну».

Ну, и где полковник с обещанными врачами и подмогой?! Ни машин, ни людей, только этот одинокий милиционер, равнодушно помахивающий своей черно-белой палкой. Что вообще происходит?

Шумоизоляция в трофейном авто была просто изумительная, Василий уже успел это оценить, пока ехал. Однако даже она не сумела полностью приглушить визг стираемых об асфальт шин: на пятачок перед ярко освещенной будкой автоинспекторов вырвались сразу два громоздких черных внедорожника – термин пришел в голову мамлея, словно сам собой: снова проявила себя память Дмитрия.

Огромные, словно бронеавтомобили, сверкающие лакированными черными боками, с широкими колесами, свирепо рычащие мощными моторами… не авто, а сущие боевые машины, только пулеметов над крышей не хватает. И как это понимать?

Понимать, в принципе, ему и не пришлось, уж больно быстро завертелись последующие события.