Слово настоящей королевы

А вот выбрать оруженосца, который подойдет волшебнику больше всего – целая наука. Изучают ее в пятом классе. Пока же первоклассникам нужно знать, что и после тренировок разные оруженосцы у одного волшебника достигнут большего, а у другого – наоборот. Слишком уж много неизвестного в этой науке. Одно известно точно. Знания, полученные и хозяином, и оруженосцем, после разрыва договора никуда не денутся.

В субботу после уроков первый класс вывели из замка в сопровождении учителей и малолетних слуг.

Молодежь, скорее для надежности, тоже. Ректор велела слугам построиться в ряд и вытянуть вперед правую руку. Она начала вызывать учеников по одному, а учитель пытался определить, кто им подходит.

Афанасий вышел первым. Учитель взмахнул волшебной палочкой. Сразу у троих слуг руки засветились, включая Эрику, но у одной девушки лет четырнадцати – сильнее всех.

Договор между ними своим волшебством скрепила сама ректор. Афанасий легко превратил девушку в козленка и обратно.

Многого никто и не ждал. Не зря целую неделю учили, что оруженосца нужно развивать, чтобы он стал грозным оружием.

Один за одним первоклассники выходили вперед. Дмитрий остался без оруженосца. Слабенький свет у двоих слуг появился, но ректор сказала, что у них способности к волшебству слабые. Это будет лишь пустой тратой времени. Лучше подождать до следующего года.

Согласно рейтингу, Изабелла вышла вперед последней. Она думала, что учителя выберут Эрику, но рука засветилась только у одного мальчишки лет десяти, зато очень ярко.

«Уж лучше, чем ничего», – подумала принцесса.

Ректор скрепила договор между ними. Изабелла взмахнула волшебной палочкой. Посложнее обычного превращения, но справилась. Мальчишка исчез. Хотя нет, там, где он раньше стоял, трава шевелилась. Если присмотреться, там копошился маленький черный комок меха.

– Это что такое? – показала на него Изабелла, мигом забывшая, что это лучше, чем ничего.

– Если не ошибаюсь, крот, ваше высочество, – ответила ректор. – Превращайте его обратно.

– Я помню, что он и должен быть детенышем, но почему такая мелочь? Нам же говорили, что боевая форма намного сильнее человеческой.

– Да, когда вы его натренируете. Судя по форме, он должен легко управлять стихией земли. Рекомендую начать с нее.

– Да он же и врагов из-за травы не увидит, – не унималась Изабелла.

– Напомню, что договор временный.