Бочонок волшебства

– Спасибо, – эхом повторила Надежда.

Она не раз слышала о порогах. Тогда рассказы о кораблях, которые посуху волоком тянут в обход опасных порогов, казались похожими на сказки. Теперь она задумалась, не стоит ли посуху обойти опасное место. Конечно, плот придется бросить, а ниже по течению новый смастерить. А главное, Василисе будет очень тяжело пешком идти. Зато безопасно.

Сомнения развеялись сами собой, когда на закате показался тот самый волок. Там с каждого корабля брали плату. Пеших наверняка и так пропустили бы.

К сожалению, по обе стороны широкой дороги раскинулся городок с высоким частоколом вокруг. «Маленькая, а все же крепость. Запрет и здесь действует», – грустно подумала женщина.

С берега плот тоже заметили. Стражники на пристани вяло обсуждали, что он наверняка в одну из соседних деревенек плывет. Не рискнет же человек в своем уме на кучке камыша через пороги сплавляться.

Надежда уложила дочку спать, а сама с тревогой вглядывалась вперед. Пока ничего не предвещало беды.

Только глубокой ночью она услышала впереди шум. Подплыв ближе, удалось разглядеть в лунном свете хлопья пены.

Василиса проснулась с трудом. Мама снова предупредила ее ни в коем случае не отпускать плот и не пугаться, если перевернется. Она прижалась к дочке и постаралась одновременно и ее придерживать, и вцепиться в плот ослабшими руками.

Шум неумолимо приближался. Плот наклонился вперед, соскользнул ниже, развернулся, зацепившись краем за камень, и понесся вперед все быстрее. Одной холодной волны, захлестнувшей на плот, хватило, чтобы пассажирки промокли.

Течение бросало плот вверх и вниз, иногда о камни, крутило, но пока не перевернуло. Удары, которые на бревне сразу передаются пассажирам, камыш сглаживал. Правда, сломанные междоузлия заполняла вода, но изгнанницы пока не замечали, что с каждым ударом их плот погружается чуть сильнее.

Первой начала чихать Надежда. Очень хотелось верить, что этим обойдется. «Лишь бы Василиса не простудилась, а я как-нибудь справлюсь», – думала она.

Иногда они попадали на участок со спокойной водой. Казалось, что страшное уже позади, но течение бросало их на очередные пороги. Только к рассвету пороги остались позади. Растрепанный плот, почти полностью скрывшийся под водой, тихо плыл дальше.

Промокшие до нитки изгнанницы прижались друг к другу, а все равно дрожали от холода. Миновав второй конец волока, они дружно решили, что нужно выбраться на берег, обсушиться и сделать новый плот.