Охотники на охотников

Но Иаков словно пропустил мимо ушей фразу, касающуюся настоятеля, и ответил только на мой первый вопрос:

– Это старейший обитатель монастыря, он находится здесь вот уже семьдесят три года. А его возраст перевалил недавно за сто лет.

– Семьдесят три? – задумчиво произнёс я. – Значит, с 1612 года? Это когда русские прогнали поляков из Москвы?

Мне вспомнились слова профессора о том, что как раз тогда библиотека Ивана Грозного и могла попасть в Кирилло-Белозерский монастырь. А в частности, книга Платона.

– Да, именно так, – кивнул Иаков.

 – Примерно в то время он здесь и появился.

– Но с какой надобностью он зовёт нас к себе? И вообще, как он узнал о нас?

– Вот тут-то и кроется загадка, – развёл руками Иаков. – Он ведь уже на протяжении многих лет ни с кем не разговаривал, да и келью свою не покидал очень давно. А сегодня, когда ему принесли еду, неожиданно заявил, чтобы к нему привели двух новых монахов, один из которых глухонемой.

Он покосился на Тёрнера, поскольку именно тот играл роль глухонемого, а затем вновь обратился ко мне:

– Вероятно, у него случилось какое-то видение, не иначе.

Поспешите же скорее, пока он в силах сказать хоть что-то.

Я ощутил сильное волнение, почувствовав, что вот-вот должно произойти нечто крайне для нас важное. Тёрнер не понял ни слова из нашего разговора, поскольку мы говорили на русском, но по его горящим глазам мне стало ясно, что он почувствовал то же самое. Недолго думая, я поднялся на ноги, и мы направились вслед за Иаковым к выходу из кельи.

Но как выяснилось вскоре, келья святого старца располагалась не в братском корпусе, а в другом здании.

– Он не любит, когда кто-то находится рядом с ним, – пояснил нам Иаков. – Предпочитает уединение.

Улучив момент, я подмигнул Тёрнеру, и тот в ответ улыбнулся мне. Мы оба находились в приподнятом настроении, так как знали наверняка, что решается судьба нашей миссии по поиску артефакта. И мы совсем позабыли об осторожности, ведь в любой момент здесь могли появиться подручные колдуна, вооружённые автоматами, и тогда нам бы точно не поздоровилось.

Но этого не произошло, и вскоре мы вошли в келью, встретившую нас полумраком, так как в ней не горело ни одной свечи. И только благодаря отсвету из коридора я смог разглядеть дряблого старика, который лежал на кровати, накрытый одеялом. Поначалу я подумал, что перед нами находится покойник – настолько бледным было его лицо. Но когда его глаза медленно приоткрылись, стало ясно, что он ещё жив.