Попаданец в попаданца, или раздвоение Его Иператорской Величности

Услышав нарастающий гул толпы, Ворон отвлёкся от своих размышлений и сосредоточился на парадном входе Зимнего дворца, откуда буквально несколько секунд назад появился Александр Даниилович Романов.

– Да здравствует император! – прогремел прямо над ухом Ворона, едва не оглушив его, зычный мужской голос.

Тут же это приветствие подхватили другие люди, и выкрики теперь раздавались с разных сторон. Толпа неистовствовала, поскольку наконец-то настал момент, которого она так долго ждала. Ждал этого момента и Ворон, и теперь внимательно следил за происходящим, собираясь насладиться плодами от проделанной работы.

А между тем император Александр V в сопровождении охраны направился к трибуне, на которой были установлены микрофоны. С другой стороны к этой же трибуне выдвинулась делегация от народа в количестве трёх человек. Их тоже сопровождала дворцовая охрана, внимательно наблюдавшая за сохранностью каравая. И за всем этим действом следили десятки телекамер. Ещё бы, ведь коронация на российский престол – событие грандиозное, вызывающее неподдельный интерес у миллионов людей.

«Весь мир в прямом эфире увидит падение императора, – улыбнувшись, подумал Ворон. – И это падение станет началом краха Российской империи».

– Всемилостивейший Государь! – разнёсся над площадью голос одного из представителей от народа, когда делегация и Александр Даниилович встретились на трибуне. – В этот радостный, знаменательный для нашей страны, а также для каждого человека, живущего в этой стране, день, прими в знак признательности и любви своего народа хлеб да соль! И пусть время, проведённое тобой на престоле, станет самым счастливым временем для всех нас!

«Ещё совсем немного», – затаив дыхание, думал Ворон.

Хоть он и был человеком хладнокровным, но глядя на то, как император отламывает кусок каравая, прикладывает его к соли, а затем кладёт в рот, сердце у Ворона готово было выпрыгнуть из груди. Он вдруг почувствовал, как по всему телу разливается тепло. Это было чувство счастья, удовлетворение от успешно завершённого дела. Всего через какую-то минуту свершится то, к чему он и его товарищи так долго шли.

– Благодарю вас за столь радушный приём, – произнёс император в микрофон, и Ворон отметил, что голос его был уже не таким уверенным, как обычно. – Обещаю, что моё правление будет честным и справедливым, во благо страны и народа.

На последнем слове Александр Даниилович поперхнулся и удивлённо уставился куда-то вперёд.