В поисках Янтарной комнаты

Среди самых известных заключенных стоит назвать князя Кропоткина, участников подготовки убийства царя Александра II Веру Фигнер и Андрея Желябова, старшего брата Ленина Александра Ульянова, известного писателя Максима Горького. Здесь же сидел Николай Бауман, Лев Троцкий и многие другие.

Экскурсионная группа во главе с экскурсоводом уже подошла к камерам. Андрей ещё что-то рассказывал, но Настя его уже не слушала, так как всё её внимание переключилось на двери этих камер. Произошло то, чего она никак не ожидала увидеть.

Камеры не были пронумерованы.

Как же так? Ведь Виктор в своём письме писал ей, что спрятал план дальнейших действий в третьей камере. Там было написано, что тайник нужно искать в правом углу под кирпичом, который можно подковырнуть ножом.

Мысли роем проносились у неё в голове: «Неужели таблички были убраны? Но как теперь определить камеру? Без точного представления, в какой именно камере нужно искать, тайника мне никогда не найти».

Экскурсовод предложил зайти внутрь и осмотреть интерьер камер, но внутри её опять ждало разочарование – стены были покрашены, и никаких кирпичей не было видно.

В отчаянии Настя попробовала поискать в третьей камере от входа, но и там было то же самое. Когда она снова вышла в коридор, её уже ждала вся группа.

– Попрошу не задерживаться и следовать за мной, – сказал Андрей.

Говорил он это как будто бы всей группе, но смотрел на Настю, ведь это она всех задержала. Пришлось ей подчиниться и идти следом за остальными, удаляясь от камер, которые были ей так нужны.

Она уже начала думать, что её поиски закончились ничем, так толком и не успев начаться. Придётся, наверное, забрать ключ и фреску из сейфа и вместе с письмом передать полиции. Она даже немного загрустила, ведь ей так хотелось приключений, и, несомненно, хотелось также отстоять честь рода Оболенских.

Но тут они подошли к небольшому коридорчику, находящемуся в тупике и отгороженному лентой. Андрей сказал:

– Обратите внимание на реконструкцию тюремной жизни.

Она хорошо отражает то время, когда в камерах сидели политические заключённые.

Настя посмотрела и увидела очень реалистичные восковые фигуры тюремщиков. Один сидел за столом, а второй наблюдал за камерой в глазок.

Ей показалось, что здесь что-то не так, но она пока не могла сообразить, что именно. Но тут она взглянула чуть повыше двери одной из камер, и её сердце от радости забилось сильнее. Над дверью висела табличка, на которой была написана цифра 3.