Кот Федот. Книга первая

 – И я не собираюсь уговаривать тебя его простить. Я лишь хочу сказать, что к такому печальному финалу привели в том числе и твои поступки. А этим своим «мне всё равно» ты, вероятно, пытаешься оградить себя от разочарования. Мало какая женщина захочет признаться себе в том, что из-за собственной лени и легкомысленности она упустила такой замечательный шанс.

Это стало последней каплей: лицо Светы вспыхнуло, челюсти непроизвольно сжались… А Виктория Юрьевна, заметив, как похолодел и обострился взгляд дочери, вдруг судорожно вздохнула, но затем решительно произнесла:

– Я говорю всё это не для того, чтобы позлорадствовать или сделать тебе больно.

Прошлого уже не вернёшь, но ведь рано или поздно у тебя будут новые отношения. И я не хочу, чтобы они закончились так же, как эти. Ты можешь сколько угодно дуться на меня за то, что я лезу не в своё дело. Или веду себя бестактно в такой деликатной ситуации. Это твоё право. Но главное, когда ты остынешь, хорошенько подумай о том, что я тебе сказала. Согласись, будет очень неприятно опять наступить на те же грабли.

Света пристыженно опустила глаза. Так или иначе, мама желала ей добра, и девушке стало неловко за охвативший её приступ обидного гнева. Она уже собиралась объяснить маме – спокойно, без эмоций, – что всё совсем не так, как та себе представляет… Но передумала. И не потому, что смутилась или испугалась. Просто теперь всё случившееся и вправду показалось ей не таким простым и очевидным, как, скажем, вчера вечером или сегодня утром.

И как бы её ни раздражали подобные нотации, на сей раз в маминых словах действительно было что-то, что требовало тщательного обдумывания.

– О свадьбе не переживай, я всё улажу, – голос Виктории Юрьевны вновь стал сухим и строгим. – И насчёт твоего отпуска: ты будешь его брать? Может, хочешь слетать куда-нибудь – одна или с кем-то из девочек?

– Нет, – мотнула головой Света, подумав о Федоте. – Я не хочу в отпуск.

Лучше буду ходить на работу.

– Хорошо, я переговорю с кадрами, – кивнула Виктория Юрьевна. – Ну а теперь мне пора. Нужно очень многое сделать. Если что-то будет нужно – звони.

Она поднялась с дивана, взяла с вешалки плащ, сумочку и, проведя ладонью по плечу дочери, направилась к кассе.

Света на неё не оглянулась. Она ещё какое-то время неподвижно смотрела в окно, потом встала, взяла рюкзак и зашагала к выходу. Свой кофе она так и не выпила.