Крил

Учителя в один голос предрекали молодому студенту великое будущее. Множество исследовательских лабораторий и институтов жаждали заполучить юного гения, предлагая ему баснословные гонорары.

Закончив колледж в двадцать лет и получив по всем дисциплинам наивысшие балы, он на удивление многих отклонил все поступившие к нему предложения, за которые любой, кто учился вместе с ним, продал бы дьяволу душу. И, окончательно шокировав всех, поселился на маленькой, никому не известной планете, которую населяли несколько сот далеких от науки колонистов.

Заработав за годы учебы достаточно средств: делая доклады, проводя консультации, а также используя деньги своих родителей, щедро снабжающих ими свое любимое дитя и предоставляя при этом полную свободу выбора их тратить, он выстроил на планете небольшую лабораторию, оснастив ее по последнему слову техники. После этого он полностью прекратил связь с внешним миром.

Моро пропал на долгие годы. Он не отвечал на запросы, не принимал у себя гостей, кроме торговцев, снабжающих его нужным оборудованием и всем необходимым.

Рассчитывался он с ними золотыми слитками со своими инициалами. Поговаривали, что он научился делать золото из «воздуха». Он даже не прилетел на похороны своих трагически погибших родителей. (Во время экскурсии по подземным катакомбам Марса у них отказали кислородные баллоны, и они задохнулись.)

Научный мир постепенно забыл про гениального мальчика в водовороте новых открытий и новых имен. И лишь состарившиеся поседевшие учителя, на глазах которых когда-то создавался Моро, тихими вечерами собравшись вместе, изредка вспоминали чернокожего юношу.

«Он слишком рано и ярко зажегся и поэтому быстро сгорел, как звезда, падающая с темного небосвода!» – говорили одни.

«Гениальность и сумасшествие всегда ходят рядом. Возможно, он сошел с ума на той планете» – вторили другие.

«Как много он мог сделать для человечества, но… видимо он и вправду сгорел!» – кивали головами третьи.

И лишь немногие, предпочитавшие помалкивать, были убеждены, что родник, питавший Моро, не полностью иссяк, и он еще взорвется с новой силой, выбросив какое-нибудь открытие, которое взбудоражит и потрясет весь научный мир.

Именно последние и оказались правы!

Чернокожий юноша слишком рано понял свою гениальность…

С раннего детства он был убежден в том, что намного лучше остальных. И с годами эта уверенность росла в нем, преображаясь в навязчивую идею.