В теле лузера

То в правом, то в левом ухе Эльфина звучал издевательский шёпот:

– Ты просто ничтожество. Очень скоро ты пожалеешь, что на свет родился. Ты просто нищий слабак, и никто за тебя не заступится. Нам ничего не будет, а я тебя сожру, и искать тебя никто и не станет. Ты никому не нужный безродный позор.

Надменный взгляд холодных глаз дополнял жутковатую ситуацию. Мне-то пофигу, но Эльфин трясётся, как лист на ветру, на радость засранцам.

Эльфин от каждой такой фразы всё сильнее съёживался, пытаясь вжаться в стул, на котором сидел, а я наполнялся ненавистью.

Эх, сейчас бы вернуться в тот сортир. Зубами бы загрыз…

Так, система, ну давай жить дружно. Я готов выполнять задачи и помогать полуэльфу, но мне нужно понимать что делать. Какую справедливость я должен восстановить. Я ведь не против что-то делать, я хочу понять, что именно…

Похоже, я добился своего. Почувствовав импульс, я снова заглянул в меню.

Скрытая задача Духа:

Восстановить справедливость

Награда: Возвращение домой

Подсказка для особо непонятливых: Наказать засранца

Дополнительное условие: получение подсказки автоматически усложняет выполнение задания.

Не скажу, что стало проще, но, по крайней мере, хоть какой-то вектор появился. К тому же, я вижу перед собой четверых вполне себе засранцев. Хотя новость об усложнении задачи за подсказки восторга не вызвала.

Ладно, раз так, я готов подождать. Как минимум ради вечера, который эти ребята хотят мне устроить. Зубы-то они пообломают. Не знаю, как я это сделаю, но эти сопляки пожалеют, что начали задирать моего полуэльфа…

– Эльфин Томпсон! – раздался властный голос Торины Дулиновны из оповещателя над дверью.

 – Зайдите в мой кабинет.

Самое обидное, я чувствовал всё то же, что чувствовал паренёк: и его страх, и негнущиеся ноги, что несли его сейчас в направлении завуча, и вопящее чувство тревоги внутри…

Передо мной открылся кабинет гномихи, и там было, на что посмотреть. Вот теперь всё заиграло красками. Стены были обшиты золотом и красным бархатом.

Над учительским столом внутри стеклянного купола висели скрещенные топор и молот, на дверях с внутренней стороны – два щита из белого металла.

И всё заставлено стеллажами с книгами и незнакомыми мне металлическими изделиями.

– Присаживайся, Эльфин, – властно указала она на стоящий напротив её стола деревянный стул.

У Эльфина подступили к глазам слёзы, а я уже приготовился орать. Но парень, глубоко вздохнув, сделал-таки над собой усилие.