Вернуться, чтобы вернуться…

Томас услышал как щелкнули затворы.

«Почему молчит Чиккорелли? – подумал он. – Почему?»

– Есть ли у тебя последнее желание? – услышал он издевательский голос Гонсалеса.

– Плюнуть тебе в рожу!

– Огонь!

Прогремели автоматные очереди, но Томас ничего не почувствовал.

– Ну, что я говорил? – услышал он насмешливый голос Чиккорелли. – Убедился?

– Угу, – зло ответил Гонсалес, – убедился…

С глаз Томаса сорвали повязку. Перед ним стоял Чиккорелли.

– Прошу нас извинить, синьор Томас, – произнес с явно выраженным уважением он, – это была необходимая проверка.

– Понятно, – кивнул Томас. – Развяжите руки.

– Развяжи, – приказал Чиккорели стоящему поодаль в окружении нескольких вооруженных «Шмайсерами» людей Гонсалесу. Тот молча, не глядя на Томаса, подошел, обошел дерево и развязал ему руки.

– Не держите зла, – сказал Чиккорелли, – это наша работа…

– Неплохая работа, – ответил Томас и повернулся к вышедшему из-за ствола дерева Гонсалесу, – неплохая работа…

– Мир? – Гонсалес протянул ему руку.

– Мир, – Томас сделал над собой усилие и слегка пожал ее, повернулся к Чиккорелли и спросил: – Что дальше?

– Дальше… – Чиккорелли потупился, – дальше мы должны вновь завязать вам глаза… Такая работа…

– Давайте, – кивнул Томас, – понимаю…

– Это не надолго.

Действительно, по прикидкам Томаса не прошло и получаса, как они отъехали от места «расстрела», как автомобили остановились.

– Вот мы и почти на месте, – Чиккорелли снял с глаз Томаса повязку.

Томас огляделся. Это была окраина города.

– В ресторан, – приказал Чиккорелли и автомобиль, набирая скорость, въехал в город. Второй автомобиль, развернулся и поехал обратно.

– А вы молодец, – сказал Чиккорелли, – вот что значит выучка!

– Да, у меня были хорошие учителя, – ответил Томас.

– Мне бы таких! – неожиданно вырвалось у Гонсалеса. – Мне бы…

Томас ничего не ответил.

Гонсалес остановил «опель» сбоку от входа в ресторан.

– Надо отметить ваше возвращение, – произнес Чиккорелли. – Мы угощаем…

– Хорошо, – сказал Томас, – но расходы поровну.

– Идет, – обрадовано согласился Гонсалес. – Пошли!

В ресторане было шумно и накурено, столы были заставлены бутылками и посудой с едой, подвыпившие парочки танцевали танго. Появление в зале трех мужчин ни у кого не могло вызвать подозрений.